Глава 6. Медитация-самонаблюдение (медитация внутреннего осознания)

ПечатьE-mail

Том 2 - Часть 1

Не торопись, поскольку все дороги

Тебя ведут единственно к себе.

Не торопись, иначе будет поздно,

Иначе твоё собственное «я»,

Ребёнок, что ни миг - новорождённый

И вечный, - не догонит никогда!

Хуан Рамон Хименес


Для медитации-самосозерцания наилучшей, и это подтверждено многовековым опытом восточных мистиков, является поза сидя на полу скрестив ноги (Сиддхасана или половинная поза лотоса) и непременно при закрытых глазах. Последнее условие существенно важно, так как при открытых глазах наше осознающее внимание отвлекается. Оно уходит на окружающий мир, тогда как практика медитации-самонаблюдения требует направленности осознания на мир внутренний, на «созерцание внутренних ландшафтов».

Подробное изложение всех методических и технических моментов - описание медитативной позы, методики и режима занятий, необходимых для успешной практики объёмов времени и т.д. - всё это будет дано в последнем, практически-методическом разделе данной книги.

Здесь же я намерен изложить внутренние аспекты медитации-самонаблюдения (а в последующих главах - и других методов медитации), поскольку медитативные практики содержат множество тонкостей и подводных камней. Недостаточное, грубо-упрощённое представление о медитации-осознания является частой причиной неудачи, причиной её вырождения и превращения в нечто совершенно иное, например, в трансоподобное состояние с полной потерей осознанности или же в разновидность фантазийной медитации. С одной стороны, медитация-осознание - это весьма тонкое искусство, с другой стороны - это сама простота (конечно же, когда достигнуто правильное понимание). И то, и другое совершенно справедливо. Ну а теперь перейдём непосредственно к рассмотрению медитации-самонаблюдения.

Итак, ещё раз, что же такое самонаблюдение? Это, прежде всего, своеобразная установка, выражающаяся в прекращении любой внешней деятельности или, говоря в терминах Кастанеды, в «неделании» повседневной жизни. При этом мы прекращаем обычную свою вовлечённость в мирские дела, как на телесном уровне, так и на психическом. Изъятие себя из обычной повседневной активности осуществляется самым непосредственным, весьма простым, но, при этом, и весьма эффективным способом.

Прежде всего, мы принимаем неподвижную медитативную позу, которая должна быть удобной и устойчивой. Лучше всего использовать традиционную позицию, сидя на полу, скрестив ноги и удерживая прямое положение позвоночника. Кроме того, мы закрываем глаза и тем самым прекращаем зрительное восприятие окружающего мира, которое даёт нам львиную долю поступающей извне информации. Наконец, и это наиболее важно, мы прекращаем процесс думания, включающий в себя не только интеллектуальное осмысление и решение различных проблем, но и всевозможные формы планирования будущего, прокручивание воспоминаний о прошлом, всевозможные мечтания и т.д. и т.п.

Этим дело не ограничивается. В процессе медитации-самонаблюдения мы должны прекратить сотрудничество не только с мыслями, но и с эмоциями, образами восприятия и воображения, а также со всем спектром различных ощущений (прежде всего - телесных), короче говоря, со всем актуальным содержимым собственной психики. Это уже будет внутреннее «не-делание», в отличие от не-делания внешнего, которое тоже необходимо, поскольку создаёт благоприятные условия для не-делания внутреннего.

Итак, метод самонаблюдения заключается в том, что по отношению к любым воспринимаемым объектам, к любому содержимому нашей психики, к любой информации, идущей через наше сознание, - мы задаём позицию отрешённого, безразличного, невовлечённого наблюдателя. При этом происходит переход в качественно иной, по сравнению с обычной повседневной жизнью, режим функционирования нашей психики, нашего сознания. Наше осознающее внимание обращается на самих себя, на неоднородность ощущений собственного физического тела и на содержимое собственного душевного мира.

Резкое, качественное отличие от обычного режима функционирования нашей психики как раз и состоит в том, что наблюдение себя, самосозерцание становится, на весь период сидячей медитации, главным нашим делом, главным нашим занятием. Всё постороннее, всё, что может отвлекать нас от этого главного дела - безжалостно и бескомпромиссно отвергается. Практикующий всецело посвящает себя практике созерцания самого себя, исключая всё, что ей противоречит. Так, например, в свете этих требований к медитативной практике, во время медитации совершенно исключено прослушивание «медитативной» музыки, отвлечение на посторонние разговоры или какие-то действия.

Позволю себе, по причине особой важности данного материала, ещё раз повторить основную идею. Метод самонаблюдения состоит в том, чтобы смотреть внутрь себя, спокойно и отрешённо наблюдая события, происходящие в нашем внутреннем мире. Во время наблюдения за содержимым нашего сознания, мы ни в коем случае не должны с ним сливаться, иначе - не должны допускать отождествления. Фактически, самонаблюдение представляет собою намеренное сохранение наибольшей, доступной для практикующего, осознанности в течение всего времени медитации. Конечно же, рекомендуется, в меру сил и возможностей, сохранять осознанность и далее, при переходе к повседневной жизни, пропитывать осознанностью свою обыденную жизнь. Практика сидячей медитации нарабатывает глубину, то есть качество медитативного состояния сознания. Практика сохранения, пусть даже «пунктиром», осознанности в повседневной жизни обеспечивает непрерывность развития сознания, обеспечивает распространение осознанности на весь период бодрствования, а в идеале и на период сна. Недопустимо создавать непроходимую стенку, отделяющую нашу медитативную практику от обыденной жизни, от «мирского» существования.

Процесс медитации-самонаблюдения можно уподобить пребыванию на берегу бурной реки и созерцанию потока, который мчится перед вами. Мягко и спокойно созерцая поток своих ощущений, мыслей и переживаний, полезно время от времени напоминать себе: «наблюдаю», «помню». Это даёт возможность восстановить необходимое состояние трезвости, так как внимание время от времени уплывает, осознанность утрачивается, мы проваливаемся в поток воспоминаний, мечтаний, размышлений, который уносит нас по цепочке ассоциаций. При этом требуемая позиция отрешённого наблюдателя на какое-то время утрачивается. Слова «помню» и «наблюдаю», обозначающие требуемую психологическую установку, необходимый режим функционирования сознания, - помогают нам вновь вернуться в медитативное состояние. Осознающее внимание будет многократно (особенно вначале) уплывать в сторону, периоды осознанности будут чередоваться с периодами отождествления. На это следует реагировать совершенно спокойно, поскольку такие периодические нарушения осознанности естественны и неизбежны. Поэтому досадовать и гневаться на себя не нужно. Всякий раз надо спокойно и терпеливо возвращать своё осознающее внимание в заданный медитативный режим. Сто раз внимание отвлекается - сто раз его терпеливо возвращаем. В этом и состоит медитативная практика на весьма продолжительном начальном этапе.

При возвращении в должный режим, после отвлечения внимания, всякий раз необходимо выполнить осознание задним числом. Что это значит? Вот мы сидим при закрытых глазах и выполняем самонаблюдение. Проходит три минуты, пять, десять - и внезапно мы обнаруживаем, что оказывается, в течение достаточно длительного промежутка времени мы выпали из медитации, потеряли позицию наблюдателя и были вовлечены в процесс работы ума, процесс думания, планирования, мечтания или проработки неких происшедших с нами событий. При этом имеет место последовательная цепочка мыслей, образов, представлений, образующая ассоциативный ряд. Так вот, правильная техника медитации-самонаблюдения предполагает просмотр этой ассоциативной цепочки, просмотр того, о чём мы думали, мечтали, что планировали и т.п. - задним числом. Этот просмотр не должен быть слишком подробным, не надо затрачивать на него много времени. Вполне достаточно кратко обозначить основные темы и таким образом бегло пройтись по всей цепочке ассоциаций. Не стоит выполнять этот просмотр натужно и с излишней вовлечённостью. Не предъявляйте чрезмерных требований к его качеству. Просмотр задним числом должен проводиться в спокойной и мягкой манере. Что вспомнилось - то вспомнилось, что не вспомнилось - ну и Бог с ним!

Принцип спокойствия, бесстрастности и невовлечённости ни в коем случае не должен приводить к выпадению различных мыслеформ - образов, мыслей, ощущений, переживаний из сферы нашего осознания, к своеобразному отказу от их восприятия, к их полному игнорированию. Речь идёт не об отказе от восприятия чего-либо, а об устранении пристрастного отношения к воспринимаемому.

Таким образом, практика самонаблюдения заключается, с одной стороны, в полноценном и ясном осознании своего внутреннего пространства, а с другой - в культивировании спокойного безразличия и высокой беспристрастности ко всему содержимому собственной психики.

* * *

Медитация-самонаблюдение - вовсе не простое «отдыхательное» сидение. На самом деле, она представляет собою мужественный акт пребывания с самим собой. Предаваться мечтаниям - легко и приятно, но осознавать себя - дело далеко не простое. Самоосознание означает пребывание с несовершенством собственного бытия и принятие этого несовершенства.

Самое большое мужество - не тогда, когда дрессировщик входит в клетку к свирепому тигру. Много большего мужества требует пребывание с самим собой, когда душа заполнена болью и страданием. Вот почему для полноценной практики медитации-самонаблюдения необходим определённый уровень духовной зрелости, которая проявляется, прежде всего, как экзистенциальная выносливость. Если говорить попросту, духовность - это, прежде всего, способность терпеть. Если бы алкоголик и наркоман были способны терпеть - тогда бы они немедленно избавились от своего порока1. Конечно же, общее психосоматическое состояние редко достигает степени выраженного неблагополучия, степени страдания. Значительно чаще главный объём неудовлетворённости-страдания находится в латентном, то есть скрытом виде. Это многочисленные блокировки тонкого тела, представляющие собою кармические мины замедленного действия, терпеливо ожидающие своего часа. На уровне же актуального сознания мы обычно имеем умеренный и вполне для нас посильный уровень неудовлетворённости, к которому мы привыкли и притерпелись. К тому же мы научились различными способами его заглушать, научились избегать встречи с неприятным опытом.

Как показывает практика, начинающему нелегко высидеть положенное время медитации, высидеть хотя бы минимальные 30 минут. Оказывается, совсем не просто в течение всего этого времени претерпевать себя - свою скуку, спешку, дискомфорт от непривычной позы, своё беспокойство и нетерпеливое ожидание завершения медитации. Вот почему крайне важно включить в сферу осознания собственную реакцию на пребывание в медитации. Нельзя «терпеть себя» надсадно. Как говорит дзэнское изречение, «не следует ворчать на своё тело и на свою жизнь». Полноценное осознание невозможно без полноценного принятия всего, что наличествует в поле нашего восприятия.

Почему в медитации-самонаблюдения так важно, чтобы глаза были закрытыми? Дело в том, что при открытых глазах обилие зрительного материала служит своеобразной анестезирующей прослойкой. Оно уводит нас от полноценного осознания своей, в значительной степени дискомфортной, внутренней реальности. При открытых глазах полноценного осознания самого себя быть не может. Сидеть при закрытых глазах значительно более неприятно, особенно когда душа переполнена неотработанным эмоционально заряженным материалом, но зато и несравненно более полезно.

Самонаблюдение, выполняемое при закрытых глазах, – наилучший метод очищения и информационного развития. Медитация-присутствия (пространственного осознания), выполняемая при открытых глазах - наилучший метод наполнения и энергетического развития. Одно питает другое, одно невозможно без другого, ибо без очищения нет наполнения, а без наполнения нет очищения. Поэтому оба метода медитации-осознания следует практиковать параллельно для того, чтобы общее энергоинформационное развитие было гармоничным и сбалансированным.

Итак, самосозерцание при закрытых глазах интенсифицирует встречу с многоликой психосоматической неудовлетворённостью и заставляет нас претерпевать определённый дискомфорт. Однако стоит нам, закончив медитацию, открыть глаза, как мы немедленно убеждаемся, что терпели не зря - сразу же по завершении практики мы испытываем благодатное чувство спокойствия, ясности и внутренней удовлетворённости, испытываем положительное эмоциональное состояние. Пребывание с внутренним дискомфортом, «терпение самого себя», - привело к растворению внутренней тьмы. Теперь же мы принимаем заслуженный эмоциональный «плюс». Весьма полезно и поучительно прочувствовать всё это на собственном опыте. Излагаемое здесь учение о медитации имеет серьёзные расхождения с тибетской традицией Дзогчен. Последняя рекомендует проводить медитацию только с открытыми глазами и считает это принципиально важным. Так, современный тибетский мастер Согьял Ринпоче пишет:

«Существуют несколько причин для того, чтобы держать глаза открытыми. С открытыми глазами меньше вероятность заснуть. Кроме того, медитация - это не бегство от мира или переживание изменённого состояния сознания, подобно трансу. Медитация напрямую помогает нам по-настоящему понять себя и установить контакт с жизнью и миром. Поэтому, когда вы проводите медитацию, держите глаза открытыми. Вместо того, чтобы выключаться из жизни, оставайтесь открытыми, пространственными и будьте в гармонии со всем окружающим»2.

В качестве первого довода в пользу медитации при открытых глазах, тибетский мастер говорит о том, что закрытые глаза предрасполагают к сонливости. Однако этот довод некорректен и говорит о пребывании в методической двойственности. Совершенно очевидно, что в одних случаях проблемой ученика является вялость и сонливость, а в других, напротив - гиперактивность и перевозбуждение. Действительно, чтобы не заснуть, лучше всего сидеть при открытых глазах, но если проблема носит противоположный характер, если нужно успокоиться и обрести душевное равновесие, - тогда, вне всякого сомнения, наилучшей будет практика медитации при закрытых глазах.

Далее, никак нельзя согласиться с тем, явно ошибочным мнением Согьяла Ринпоче, что медитация при закрытых глазах представляет собою разновидность психологического бегства или же попадание в трансоподобное состояние. Похоже, что уважаемый тибетский мастер никогда не практиковал медитацию-самонаблюдения. Он не понимает, что такая медитация, выполняемая непременно при закрытых глазах, представляет собою полную противоположность бегству от встречи с неприятным психосоматическим опытом. На самом деле, встреча с самим собою и претерпевание несовершенства собственного бытия, происходящие во время медитации самонаблюдения, требуют незаурядного мужества и большой стойкости. Как видим из вышеприведенной цитаты, в традиции Дзогчен медитация при открытых глазах считается главным средством и для самопознания, и для «установления контакта с жизнью и миром». А вот к медитации при закрытых глазах отношение явно отрицательное. Её расценивают как способ выключения из жизни, как своеобразную форму бегства от мира.

На мой взгляд, такое противопоставление глубоко ошибочно. Фактически, это противопоставление между медитацией внутреннего осознания (самонаблюдения) и медитацией внешнего осознания (медитацией присутствия). Что это, как не пребывание в методической двойственности, лишающее последователей тибетской традиции Дзогчен исключительно важного метода медитативной практики. Согьял Ринпоче абсолютно прав, когда говорит о том, что медитация-присутствие, выполняемая при открытых глазах, открывает человека окружающему миру и помогает установить полноценный контакт с жизнью и миром. Однако он глубоко заблуждается, когда считает, что такая медитация способна привести к подлинному самопониманию и обретению интуитивной Мудрости-Праджни. В этой же книге Согьял Ринпоче пишет: «Глаза - это «двери» к сиянию; поэтому держите их открытыми, чтобы не перекрывать эти каналы мудрости». На самом же деле обретение интуитивной Мудрости-Праджни, обретение великой способности к самопониманию и пониманию других людей возможно только через ту самую практику медитации самонаблюдения при закрытых глазах, которую традиция Дзогчен столь неосмотрительно отвергает.

Согласно учению, представленному в данной книге, гармоничная и сбалансированная энергомедитативная практика должна включать в себя как медитацию-присутствие, выполняемую при открытых глазах и обеспечивающую энергетическое развитие личности, так и медитацию-самонаблюдение, выполняемую при закрытых глазах и обеспечивающую информационное развитие личности.

Как видим, с древними традициями нужно обращаться вдумчиво и осторожно. Наряду с великими и поистине бесценными знаниями, они содержат и явные заблуждения. При отсутствии должной критичности и при чрезмерном преклонении перед авторитетом древних мудрецов, явные ошибки и заблуждения могут бережно и почтительно передаваться из поколения в поколение наряду с действительно важными и ценными сведениями.

* * *

Итак, медитация-самонаблюдение является мощным и высокоэффективным средством очищения психики от беспокойного и мутного её содержимого. Метафорически выражаясь, душа тоже имеет свой желудок, в который попадает всё, что с нами произошло в течение прожитого дня: все конфликты, заботы, все неприятности, всё, что принесло нам общение с другими людьми. И очень часто душа не справляется с этим огромным количеством эмоционально заряженной информации, не успевает переварить весь этот объём впечатлений. Возникает невроз, представляющий собою, фигурально выражаясь, хроническое «несварение головы». Неотработанная, эмоционально заряженная информация оседает в нашем тонком теле (энергосистеме) в форме тонкоматериальных блокировок.

Эти блокировки представляют собой триединство:

а) тонкоматериальной субстанции («чёрной материи» в терминологии китайского мастера цигун Ли Хунчжи);

б) энергетического аспекта этого патологического тонкоматериального сгустка (энергетического тромба);

в) его информационного наполнения (неотработанный психоэмоциональный опыт).

На мой взгляд, именно психоинформационное зашлаковывание является главной причиной старения человека. При тех нервно-психических нагрузках и информационных потоках, которые обрушиваются на современного человека, его душа уже не может самостоятельно освободиться от мутного, тяжёлого и отравляющего её изнутри содержимого. Это создаёт благоприятные условия для развития патологических внутри-психических доминант, представляющих собой психоинформационный аналог злокачественных опухолей физического тела.

Условия, в которых мы живём, - противоестественное скопление людей и машин в городах; неизбежные трения и конфликты как следствие этой скученности; невозможность реализовать столь важную для каждого человека потребность в уединении; зашкаливающая информационная агрессивность окружающей среды, - всё это приводит к интенсивной информационной зашлакованности нашей психики и в огромной степени отличается от размеренной и бессобытийной жизни былых времён.

Вспоминается анекдот из советских времён:

К чабану-долгожителю приезжает журналист из Москвы и спрашивает:

– Уважаемый! Вам в этом году исполняется 120 лет, но, несмотря на свой почтенный возраст, Вы прекрасно выглядите, сохраняете здоровье и бодрость. Расскажите, в чём секрет Вашего здоровья и долголетия?

Чабан отвечает:

– Понимаешь, сынок, много-много лет я пасу своих овец в этих прекрасных горах, и за всё это время ни один барашек не повысил на меня голос!

Увы, в нашей жизни всё совсем не так. Естественные процессы очищения психики уже не справляются. В такой ситуации огромную помощь может оказать медитация-самонаблюдение, которая резко усиливает нашу способность к растворению накопившихся информационных шлаков.

Правильно выполняемое осознание подобно незримому огню, который сжигает всё плохое, всё нечистое, что имеется внутри нас3, а нечистыми являются любые читта-вритти (модификации ума, санскр.), какими бы хорошими и духовными мы ни пытались бы их сделать. Все они неизбежно несут на себе печать нашего несовершенства и загромождают наше внутрипсихическое пространство. Медитация-осознание очищает ум (психику) от мутного и мечущегося содержимого. Мысли, эмоции, образы, представления - словом, весь внутрипсихический информационный материал - постепенно исчезают, постепенно растворяются только за счёт отрешённого их наблюдения и без каких-либо попыток от них освободиться. Таким образом, самонаблюдение должно быть пассивным процессом, представлять собою пассивное созерцание содержимого нашей психики. Это означает, что мы не должны активно вмешиваться, пытаясь устранить нежелательное и неприятное, пытаясь выбросить плохие мысли и намеренно заменить их хорошими.

В правильной медитации не должно быть никакого собственного вмешательства в поток наших ощущений, мыслей, эмоций, переживаний, не должно быть никаких попыток его исправить и навести в нём порядок. Только смотреть, только созерцать содержимое своего сознания, созерцать «всё что есть», и делать это спокойно, отрешённо, бесстрастно. Отказ от активного «делания» медитации очень важен. Нужно быть не столько субъектом практики, сколько её объектом. Медитация - это то, что со мной происходит, а не то, что я сам делаю.

И тем не менее, здесь нет и не должно быть полного отказа от усилия, от контроля. Однако, как я это уже ранее говорил, это лишь контроль над сохранением условий, благоприятных для самоестественного процесса развития сознания. Медитируя, мы не занимаемся деланием себя согласно утверждённому плану. Мы просто убираем помехи естественному росту и развитию - и не более того.

Как я уже ранее упоминал, это работа садовника, а не работа строителя. Наша задача - всего лишь сохранять центральное состояние, а контролировать сам процесс духовного созревания мы никак не можем, поскольку не знаем ни его механизмов, ни того, к чему он приведёт. Мы знаем только то, что этот процесс неизбежен, благодатен и непредсказуем по своим последствиям. Таким образом, подлинная медитация-самосозерцания выполняется согласно китайскому принципу «вэй увэй» - действовать недеянием.

* * *

Для лиц с гипертрофированным интеллектуальным началом главная проблема состоит в том, чтобы прекратить процесс думания, который у них превратился в своего рода навязчивость, нечто типа интеллектуальной чесотки. Другими словами, речь идёт о том, что в процессе медитации-самонаблюдения крайне важно не отождествляться с собственным мышлением и не сотрудничать с ним. Проблема состоит в том, что, в то время, когда мы думаем (вспоминаем, мечтаем, планируем и т.п.) - нет осознания как самого процесса, так и факта собственной включённости в этот процесс; когда же мы «пробуждаемся» и восстанавливаем утраченную позицию осознанности - тогда уже нет думания-мышления, нет и его содержания.

Я уже ранее упоминал о том, что мы не можем видеть свои мысли непосредственно, ибо когда есть мышление - нет осознания и наоборот. Наш мыслительный процесс (цепочки ассоциаций или умозаключений) мы способны осознавать только задним числом. Техника такого осознания состоит в кратком просмотре ранее имевшей место, но уже завершившейся к данному моменту цепочки ассоциаций.

Что же означает, с практической точки зрения, рекомендация не отождествляться с собственным мышлением? Ну, например, во время медитации возникает (и это очень часто бывает у творческих людей) очень интересная идея – такая увлекательная и многообещающая, что хочется прервать медитацию и записать эту ценную идею, развить и додумать её, пока она не забылась и не потерялась. Если вы с этим согласились, поддавшись интеллектуальному соблазну, - значит, вы попались в ловушку собственного ума. Ваш слуга - ум, теперь уже командует вами - его хозяином. И остановить его вы оказались не способны.

В таких случаях необходимо проявить определённую твёрдость. Если ваша идея действительно стоящая, - не беспокойтесь, никуда она не денется, вы её не забудете, запишете и доработаете потом. Сейчас же самое важное - это ваша медитация. А своё желание развить и оформить письменно появившуюся творческую идею нужно просто отнаблюдать. Если вы этого не сумеете сделать - грош цена всей вашей медитации. Даосские мастера любят повторять: «Оставь мудрость, отбрось знание - это окупится во сто крат».

Отождествление с собственным умом также проявляется в желании «держать всё под контролем», в стремлении организовать и упорядочить хаотический поток информации, идущий через наше сознание. Во время медитации этого делать не следует. Пусть поток сознания идёт так, как ему хочется. Одним из важнейших ключевых слов в практике самонаблюдения является слово невмешательство, с которым неразрывно связаны понятия отстранённость и беспристрастность.

У людей рассудочного типа, предрасположенных к отождествлению с ментальной сферой, также имеется тенденция подменять медитацию, сутью которой является не-думание, - размышлением и внутренним обсуждением того, что такое медитация, как правильно медитировать и т.п. В результате медитация вырождается в мышление, темой которого является техника медитации, теория медитативного процесса и тому подобные вещи.

Пусковым моментом является тревожная мысль о том, правильно ли я медитирую. Дальше начинает раскручиваться стремление иметь исчерпывающую ясность и полноту знания о технике медитации и всей совокупности вопросов, с нею связанных. Эта желаемая полнота знания в принципе не может быть реализована, так как наш ум подобен гидре из древнегреческого мифа, у которой вместо одной отсечённой головы тут же вырастают две новые. То же самое и с умом - интеллектуальное решение одной проблемы немедленно приводит к появлению нескольких новых. Поэтому процесс внутреннего обсуждения проблем медитации принимает затяжной характер и, незаметно для самого практикующего, подменяет саму медитацию.

Вместо того, чтобы бесхитростно и попросту медитировать, человек загоняет себя в непроходимые интеллектуальные дебри, мучаясь «неразрешимыми» вопросами. Однако впоследствии обнаруживается, что неразрешимыми они являются только в теории. С практической же точки зрения они оказываются совершенно надуманными. В познавательном развитии такое происходит часто. Человек не столько разрешает свои проблемы, сколько перерастает их. Не то, чтобы он нашёл, наконец, правильный ответ на вопрос, мучивший его в течение столь долгого времени. Скорее, если идёт правильное познавательное развитие, он с великим удивлением обнаруживает, что сама постановка этого вопроса была бессмысленной, а его действительная проблема была совершенно иной.

Чтобы избежать всех этих напастей, существует только один способ - не размышлять, а практиковать самосозерцание в соответствии с тем уровнем понимания медитативной техники, который у вас имеется на данный момент. Не надо пытаться его углублять и усовершенствовать, надо просто медитировать. Ваша практика должна быть простой и бесхитростной. Если вы не имеете доверия к своей медитации, – тогда ничего у вас не получится. Важно не думать, но делать. Или, во всяком случае, разделить во времени эти две вещи. В одно время изучать и размышлять, в другое - исполнять (медитировать). Медитация и думание - два несовместимых и взаимоисключающих режима функционирования нашей психики. Вообще говоря, медитация-самосозерцания, практикуемая прилежно и регулярно, - сама всему выучит. Конечно же, для этого необходимо, чтобы у практикующего было великое доверие к медитации. Нельзя практиковать и, в то же время, постоянно сомневаться в собственной практике. Как я уже сказал, медитация сама всему выучит, - нужно только дать ей время и тогда, в состоянии умственной тишины, появляется особая способность к познанию - интуитивная мудрость-праджня, в той же степени отличающаяся от дискурсивного мышления, как океанский лайнер от первобытного плота из брёвен, связанных лианами.

Никакое размышление, никакое интеллектуальное исследование не смогут дать того глубокого и полноценного знания о предмете исследования, которое способна нам дать интуитивная мудрость-праджня. В полной мере это относится и к познанию самого себя. Медитация-самосозерцания основана на том, что заранее себя знать нельзя. Важно всегда быть самому себе незнакомцем. Человек - это поток становления. Он подобен реке, текущей по направлению к морю. При этом, по ходу течения постоянно меняются и местность, по которой протекает река, и сама река. Омуты сменяются перекатами, крутые и высокие берега - заливными лугами и отмелями. В своих истоках, высоко в горах, эта река начиналась как яростный белопенный поток, стиснутый крутыми скалами. Попав на равнину, она превратилась в величественную, неспешно текущую большую реку; а в устье, река как таковая, и вообще исчезает, превращаясь в безбрежное море.

Подобно этому и человек представляет собою изменяющееся существо, прокладывающее себе дорогу в изменяющемся мире. А следовательно, наличие знания себя, то есть наличие жёстко заданного Я-образа, всегда приводит к отставанию от реального положения вещей. Такое знание себя означает наличие ригидного субъективного Я-образа, будь то негативный Я-образ закомплексованной личности с неадекватно заниженной самооценкой, либо позитивный Я-образ переоценочной личности со столь же неадекватной, но уже завышенной самооценкой. В любом случае этот внутрипсихический автопортрет образует своеобразную стенку между нами и реальностью, в значительной степени искажающую её восприятие.

Знание себя всегда относится к прошлому. Оно всегда - продукт «второй свежести». Знание себя относится к сфере ума, но не к сфере интуиции. Оно пришпиливает нас к субъективному Я-образу и, тем самым, блокирует наше дальнейшее развитие. Я-образ - это не то, что следует наращивать и усиливать, а то, что необходимо полностью растворить, от чего надо освободиться.

На самом деле, любое знание себя суррогатно. Подлинным является только прямое созерцание себя, созерцание, не опосредованное умом и не отягощённое никакими умственными конструкциями. Интуиция, пробуждающаяся в медитативном состоянии умственной тишины, даёт нам видение себя сейчас, в данный момент времени, видение, не отягощённое никакой концептуализацией. Завтра это уже будет другое видение, а послезавтра - третье. Разум же стремится дать нам нечто постоянное и неизменное, нечто вполне определённое и законченное; то, на что можно опереться, посредством чего можно почувствовать себя в безопасности. Неопределённость же всегда страшит и поэтому человек стремится любой ценой её ликвидировать, даже ценой заведомо суррогатных ответов. Мы должны хорошо осознавать эту тенденцию нашего разума и в меру своих сил и возможностей стараться ей противостоять. Вот почему наилучшей внутренней установкой для медитации-самонаблюдения должна быть такая: «Я не знаю, какой я, да и не хочу этого знать. Я согласен с собственным незнанием, я принимаю его».

* * *

Для людей рассудочного типа, обладающих переразвитым интеллектом, серьёзную опасность представляет подмена медитативной практики бесконечными интеллектуальными поисками. Человек изучает восточную философию, ходит на различные лекционные курсы, посвящённые вопросам религии, оккультизма, психологии, перечитывает горы литературы по этой тематике, но при этом не делает главного - не практикует медитацию. Его познания и эрудиция в этой области огромны, но, увы, - совершенно бесплодны. Вся эта информационно-познавательная деятельность создаёт у него иллюзию движения по пути самосовершенствования.

В действительности же он попался в ловушку и, сам того не замечая, является жертвой одного из наиболее распространённых среди интеллигентных людей порока - информационного обжорства. Его ум постоянно требует пищи, всё время нужно подкидывать информацию для поддерживания непрерывного процесса её перемалывания. Однако, несмотря на всю свою эрудицию в области религии, психологии, философии, его понимание человека и путей его совершенствования неизбежно оказывается лишённым той глубины, полноты и силы, которые могут быть получены только в результате серьёзной и длительной медитативной практики. Что бы лично он по этому поводу ни думал, столь много изучив, он на самом деле почти ничего не знает. Самая страшная форма невежества - это учёное и самоуверенное невежество. Как сказал Хуэй-нэн, «заблуждающиеся люди говорят, вместо того, чтобы действовать, а мудрые практикуют осознанность».

И в другом месте «Сутры Помоста»:

«Духовная практика самопросветления не обретается в словесных спорах. Если вы начинаете спорить, что первично, а что вторично, то впадаете в заблуждения…»

Другой известный чаньский наставник Линь-цзи об этом же сказал следующим образом:

«Достопочтенные! Не впадайте в заблуждение! Для меня не имеет никакого значения, что вы толкуете и разъясняете сутры и шастры… для меня не имеет никакого значения, что ваше красноречие подобно водопаду или горному потоку; мне неважно, что вы обладаете острым умом и мудростью. Мне нужно лишь, чтобы вы обрели истинно правильное прозрение.

Изучающие Путь! Даже если вы смогли изучить сотни томов сутр и шастр, вам не сравниться с одним наставником не-деяния4.

Толкуя и разъясняя (сутры и шастры), вы лишь морочите головы другим людям … преодолевая неведение человека относительно своего «Я», вы лишь увеличиваете адскую карму, подобно монаху Сунакшатра (Прекрасная звезда), который изучил двенадцать разделов Учения, но переродился в аду. Он провалился в ад, ибо земля не выдержала его учёности. Гораздо лучше обрести покой и не-деяние: есть, когда захочется есть; спать, когда захочется спать. Дурак будет смеяться надо мной, но умный поймёт»5.

* * *

На самом деле, духовному развитию может быть серьёзной помехой как недостаточность познаний, так и их избыточность. Так, например, избыточный интерес к философским построениям интеллектуального буддизма («Абхидхарма», «Вопросы царя Милинды» и другие трактаты подобной направленности), на мой взгляд, способствует уходу от медитативной практики и соскальзыванию в спекулятивное мышление и бесплодное теоретизирование. Если комната полна мусора, зачем его столь подробно классифицировать, раскладывать по однородным кучкам, выстраивать эти кучки по ранжиру и т.п. Это дело людей науки, но не людей Пути. Нужно просто выметать всё, что видишь, всё, что попадает в поле зрения, не цепляясь за этот внутрипсихический мусор ни чувством, ни умом. Дух не требует классификации, её требует только ум. Дух же, для своего развития нуждается только в отрешённом осознании, растворяющем всё, что находится в сфере его охвата.

* * *

У религиозных людей с высокими требованиями к себе и окружающим, большой проблемой является моральная (нравственная) цензура. Она проявляется в подавлении морально неприемлемых мыслей, эмоций и переживаний. Всё, что не соответствует принятому нравственному стандарту (обычно слишком жёсткому и нереалистичному) - не впускается в сферу сознания и загоняется в тёмные чуланы нашей психики. Все эти, неприемлемые для нашего обусловленного ума, «греховные» мысли и побуждения, при этом никуда не деваются. При вытеснении мы не освобождаемся от них, а только загоняем их в сферу бессознательного, где они и остаются, создавая хроническое напряжение и отравляя нас изнутри. При этом исключается возможность полноценного освобождения, причём не только от самих этих «греховных» мыслей, но и от собственной неадекватной реакции на эти мысли.

Как я уже ранее говорил, борьба - это форма сотрудничества. Чем больше мы боремся с «недостойными, грязными, греховными помыслами», тем больше загоняем их внутрь самих себя, где они делаются недоступными для нашего осознания. В результате они растут и усиливаются, перегружая сферу нашего бессознательного неотработанным материалом. Поскольку весь этот материал вытесняется и не имеет доступа в сферу актуального осознания, отработка его оказывается невозможной. Вытеснение не позволяет растворить эмоционально заряженный внутрипсихический материал и сжечь его огнём нашего осознания.

Вышесказанное - вовсе не спекулятивная теория, а вполне реалистическая концепция, находящая полное подтверждение в современных психологических исследованиях. Американские психотерапевты, изучавшие особенности сновидений у разных групп людей, при анализе сновидений членов религиозной секты квакеров, обнаружили необычайно высокий процент агрессивных сновидений. Секта квакеров отличается очень строгими нравственными требованиями. Совершенно естественно, что жесточайший контроль своего поведения приводит к вытеснению агрессивности в сферу бессознательного. В результате сновидения квакеров оказались переполненными сценами драк и убийств, всевозможными формами насилия.

Вытеснение неприемлемых сексуальных или агрессивных мыслей - это всего лишь псевдорешение этих проблем. Человек при этом вовсе не обретает чистоту, а всего лишь загоняет свою грязь внутрь - типичный результат прямой религиозно-нравственной самодисциплины. Как пишет мудрый индус С. Радхакришнан: «Нельзя сделать человека чистым, выстирав его рубашку».

Итак, осознавать нужно всё - любые мысли, не изгоняя ни одной из них; осознавать всё, что угодно, каким бы плохим, низменным или ужасным оно ни было. Ни в коем случае не следует осуждать себя за те или иные мысли, предаваться самообвинению и самобичеванию. Нужно просто созерцать всё, что наличествует в нашем сознании, созерцать спокойно, мужественно и терпеливо.

* * *

Еще одна типовая ошибка, очень распространенная в наше время – это то, что я называю «напыщенной медитацией».

Заключается она в том, что, вместо того, чтобы просто и бесхитростно сидеть в медитации, человек, сам того не замечая, отождествляется с мыслями о собственной уникальности и превосходстве над простыми смертными. «Вот, я медитирую, занимаюсь духовным развитием. Я – особый человек, я не такой как все».

Возникает ложное чувство собственного превосходства над другими людьми, ложное чувство духовного величия. Такая «медитация» вместо того, чтобы растворять ложные взгляды о себе и других, наоборот, «раскручивает» и усиливает идеализированный Я-образ (парадный внутрипсихический автопортрет).

К сожалению, такого рода духовный снобизм (феномен духовной псевдопородистости) очень распространен среди современных духовных искателей.

Человек не просто сидит и медитирует, нет, он сидит и гордится собою, медитирующим. Это, на самом деле, вполне плебейское состояние души, относится к той же категории, что и внутреннее удовлетворение (тонкое подпитывание своего Эго) у человека, сидящего за рулем шикарного автомобиля, от сознания того, как он замечательно выглядит со стороны, или от того, что у него такие шикарные часы и т.п.

Есть люди, для которых даже сидение в медитации – всего лишь еще один способ восхищаться собою.

Такие люди изображают из себя эдаких духовных аристократов и в значительно большей степени озабочены самопрезентацией, нежели подлинным духовным развитием. На самом же деле это не что иное, как духовное плебейство. Подлинное благородство полностью лишено мотивации духовного самоутверждения и самовозвышения. Оно отличается простотой и безыскусностью. В Дао-дэ-цзине сказано: «Не нужно быть драгоценным, как яшма, нужно быть простым, как булыжник».

Таким образом, во время медитации не должно быть мыслей о себе как о человеке медитирующем, а следовательно причастном к высокой духовности, человеке особливом. Должно быть простое, безпафосное, очень спокойное и скромное отношение к собственной медитации.

У начинающих подобная детская болезнь надутых щек встречается довольно часто. В таких случаях я бываю суров и беспощаден. Напыщенная медитация немедленно подвергается безжалостной критике и осмеянию. Самый лучший способ выкорчевать эту порочную внутреннюю установку заключается в том, чтобы «отзеркалить» состояние ученика (с актерской демонстрацией его позы, выражения лица и даже внутреннего состояния медитативной напыщенности). «Надутость» и чувство собственной значимости тут же лопаются как проколотый воздушный шарик.

Далее возможны два варианта развития событий. Либо ситуация оказывается нестерпимой для ущемленного самолюбия ученика, он оскорбляется и уходит. Либо же человек способен вытерпеть этот болезненный урок, при этом он получает очень ценный опыт и навсегда избавляется от ошибочного подхода к медитативной практике. Тогда с ним можно работать дальше.

Оба варианта развития событий меня, как наставника, полностью устраивают.

* * *

Пожалуй, наиболее трудна медитация-самонаблюдение для истероидных (демонстративных) личностей. Людей такого типа отличает яркое воображение, крайне низкий уровень осознанности и выраженная тенденция к вытеснению неприятной информации. Любой ценой они стремятся избежать неприятных эмоций и неприятных переживаний. В то же время они имеют склонность «залипать» на приятном.

У истероидных личностей такие особенности выражены особенно ярко, однако в определённой степени они имеются и у каждого из нас. Чтобы не попасться в такую ловушку, во время медитации от нас требуются внутренняя честность, постоянная бдительность и определённая доля безжалостности к самому себе. Истинная осознанность или, как говорят чань-буддисты, «осуществление прямоты сознания», состоит в том, чтобы, сохраняя высокую отрешённость и беспристрастность, не задерживать приятное и не вытеснять неприятное. Если во время медитации-самонаблюдения вы испытываете выраженный дискомфорт, физическую или душевную боль - не следует реагировать на неё обычным образом, не следует убегать от неё или же вступать с нею в борьбу. Реакция бегства от встречи с неприятным опытом проявляется в стремлении перевести своё внимание на что-либо другое: «не хочу об этом думать, не хочу быть вместе с этим, надо отвлечься, надо чем-то это заглушить».

Другой вариант - реакция внутренней борьбы с этим неприятным, когда человек стремится выкинуть эту боль, это страдание из себя, стремится уничтожить его. Правильная же реакция - ни то, ни другое. Нужно принять эту боль, это страдание, нужно согласиться с фактом его наличия. Для этого следует расслабиться и сказать себе следующее: «Принимаю это неприятное, пусть оно будет столько, сколько хочет». После этого нужно войти своим вниманием в это чувство боли и дискомфорта, войти в самую его сердцевину, а затем отрешённо, спокойно и расслабленно пребывать вместе с этим чувством.

Конечно же, сказать это много легче, чем исполнить. При сильной боли или при сильном душевном страдании это может сделать только человек, владеющий своим сознанием на мастерском уровне. Однако при умеренной боли это вполне доступно и для обычного человека. К тому же никто не становится мастером в одночасье, на это требуются годы терпеливой работы над собой.

* * *

Чем ниже уровень осознанности - тем большее количество неприятной и неприемлемой психической информации подвергается вытеснению. Не нужно думать, что вытеснение всегда плохо. На самом деле, при низком уровне осознанности, при слабой пропускной способности канала нашего сознания, оно может быть полезным и даже необходимым. Вытеснение происходит оттого, что нахождение некоторой неприятной информации в зоне актуального сознания весьма болезненно и даже опасно, поскольку происходит отождествление с этой патогенной информацией и развитие патологической доминанты (например, навязчивого страха). В таких случаях совершенно бессознательно человек стремится избежать этой боли и вытесняет болезненную информацию, стараясь заполнить своё сознание чем-либо другим. Фактически, вытеснение часто является спасительным в случае психотравмирующего воздействия, поскольку обычный человек не владеет медитативными методами очищения своей психики, и пусть лучше она будет вытеснена, удалена в глубь психики и там инкапсулирована, нежели будет происходить спонтанная медитация-выращивание патологической доминанты.

Не следует при этом забывать, что спасительность эта относительна, а способ психологической защиты является неполноценным и, по большому счёту, ущербным. В результате вытеснения неотработанная эмоционально заряженная информация создаёт хроническое внутреннее напряжение и является скрытой причиной многих психических и соматических проблем.

Всё равно, рано или поздно, придётся «доставать» эту вытесненную информацию, выводить её в сферу актуального сознания и отрабатывать её, претерпевая при этом порой весьма сильные психосоматические реакции (освобождающий катарсис). Чтобы освободиться от гнёта прошлых тяжёлых переживаний, душа должна потрудиться, должна перестрадать и пережечь этим страданием накопившуюся внутреннюю грязь. Бегство от встречи с неприятным опытом совершенно бесполезно, неизбежно придётся вновь с ним встретиться и пройти это испытание до самого конца, до полного растворения эмоционально заряженного комплекса.

Как видим, по своей сути медитация-осознание представляет собою, как я уже упоминал, полную противоположность как вытеснению, так и отождествлению. Осознание есть антивытеснение и неотождествление. Именно в этом состоит его качественное отличие от фантазийной медитации, именно в этом заключается секрет удивительной преобразующей силы этого древнего метода.

* * *

В южном буддизме, в традиции Тхеравады, распространённой в странах Юго-Восточной Азии (Цейлон, Бирма, Лаос, Таиланд, Камбоджа) в качестве основного метода духовной практики, ведущей к просветлению, применяется медитация випассаны. Это слово на языке пали означает «прозрение», «созерцание», «различающее видение». Другими словами, випассана - это самосозерцание, метод медитации, идентичный самонаблюдению. Подробное рассмотрение этого наиважнейшего метода дано в знаменитой «Маха-сатипаттхана-сутте». В переводе с языка пали это означает «Великое поучение об основах внимательности». Как пишет буддийский автор Ньянапоника в своей книге «Внимательность как средство духовного воспитания»:

«Никакое другое поучение Будды, даже Бенаресская проповедь, не пользуется в буддийских странах Юго-Восточной Азии, где распространён буддизм Тхеравады, таким глубоким уважением и почитанием, как это «Поучение об основах внимательности».

Согласно этому тексту, наивысшая духовная практика заключается в отрешённом созерцании всего, что происходит в нашем теле и в нашей психике. Слово «сатипаттхана» (язык пали) - сложносоставное. «Сати» (язык пали) - то же самое, что санскритское слово «смрити», родственное с русским «смотреть», «смотрети». В переводе оно означает бдительное внимание и ясное осознание. Вторая составная часть - «упаттхана», буквально переводится как «стояние рядом», а в данном контексте означает, что осознание имеет место сейчас и здесь, в данный момент времени. На санскрите название этого духовного текста выглядит следующим образом: «Маха-смрити-упаттхана-сутра», что можно перевести как «Великое поучение относительно актуальной осознанности». Здесь слово «актуальной» говорит о том, что осознание происходит в данный момент времени.

Для того, чтобы у читателя полностью исчезли какие-либо сомнения относительно полной идентичности изложенного в данной главе метода самонаблюдения и буддийского метода сатипаттханы, позволю себе ещё раз процитировать авторитетного буддийского автора:

«Чистое наблюдение представляет собою главное средство в повседневной практике метода сатипаттханы; оно является неизменным спутником практикующего, начиная с первых ступеней и вплоть до достижения высочайшей цели»6.

Далее, в той же книге он, с замечательной проницательностью и глубиной описывает суть «чистого наблюдения». Несмотря на значительный объём цитирования, его слова вполне заслуживают полного воспроизведения.

«Чистое наблюдение есть ясное и неотвлекаемое наблюдение того, что действительно происходит в данный момент, наблюдение сиюминутного переживания, внешнего или внутреннего. Это непосредственное созерцание телесного и психического процесса своей собственной сущности в той мере, в какой этот процесс отражается в зеркале нашего внимания. Такое наблюдение считается «чистым» потому, что наблюдатель остаётся отрешённым по отношению к объекту. Он не становится на какую-либо точку зрения, одобренную чувством, волей или мышлением, не производит никаких действий, направленных на объект. Это, так сказать, просто наблюдение «чистых фактов». Если, однако, к первоначальной «чистой» регистрации фактов сразу же присоединяются ещё и оценки и другие реакции из прошлого опыта, тогда и сами эти реакции необходимо точно так же немедленно сделать объектом чистого наблюдения».

В этом глубоком и тонком определении «чистого наблюдения» единственным сомнительным моментом является использование словосочетания «регистрация фактов». Дело в том, что существует серьёзное различие между «сырым восприятием» и его вербализацией. Термин «регистрация фактов» относится уже не к сырому интроспективному опыту, а к его интеллектуальной обработке с участием речи и мышления, пусть даже на уровне простых классификационных схем. К сожалению, в одной из наиболее популярных версий древнего метода Сатипаттханы допущена серьёзная методическая ошибка. Я имею в виду вербальное сопровождение процесса осознания.

Такая, словесно отягощённая, модификация Сатипаттханы представлена в учении знаменитого бирманского наставника Махаси-саядо, который оказал исключительно сильное влияние на практику медитации в буддийских странах Юго-Восточной Азии. Его учениками в одной только Бирме открыто более ста медитативных центров, его метод также получил широкое распространение в Таиланде, на Цейлоне и в других странах этого региона7. В методе Сатипаттханы, модифицированном Махаси-саядо, процесс осознания сопровождается «отметками в уме». Делается это следующим образом. Если возникло желание что-либо сделать, скажем, изменить положение тела, следует мысленно сказать себе «намерение». Во время самого акта подъёма руки или ноги нужно сказать себе (сделать отметку) «поднимаю. Вытягивая руку или ногу - отметка «вытягиваю», при сгибании - отметка «сгибаю». Если в теле появляется онемение, следует сделать умственную отметку, сказав самому себе мысленно: «онемение», если вы касаетесь чего-либо - «касание». Если вы почувствовали зуд, нужно направить внимание на эту зону и сделать отметку «чешется». При наличии боли или неудобства следует удерживать внимание на той части тела, где возникло это специфическое ощущение и сделать соответствующую отметку, например: «больно», «ноет», «давит», «режет», «утомление», «подташнивает» и т.д. При дремоте следует делать отметку «сонливость», при появлении каких-либо мыслей - «размышляю». Аналогичным образом предписывается словесно оформленная регистрация любых действий, любых телесных и психоэмоциональных состояний.

На мой взгляд, метод вербализации, метод словесного отчёта о наличествующем телесном и психоэмоциональном состоянии очень хорош и весьма полезен в кризисной психотерапии. Однако в практике медитации-самонаблюдения он не нужен. В этой медитации мы просто осознаём «всё что есть», оставаясь в рамках «сырого» восприятия. Метод умственных отметок вызывает активизацию умственной деятельности и добавляет новые «читта-вритти» к уже имеющимся. Этот метод неприемлем, поскольку приводит к загромождению внутрипсихического пространства словами, этими самыми мысленными отметками. Если уж на то пошло, в «Сатипаттхана сутте» ничего не говорится про умственные отметки. В этой сутре Будда утверждает:

«Монахи, существует единственный путь очищения существ, преодоления печали и слёз, устранения страданий и бед, выхода на правильный путь, достижения нирваны, а именно - четыре основы осознанности». Далее Будда перечисляет эти четыре основы, которыми являются: «созерцание тела в теле», «созерцание чувств в чувствах», «созерцание сознания в сознании» и «созерцание объектов сознания в объектах сознания».

Что же означают эти таинственные слова? Что значит, созерцать «тело в теле», «чувства в чувствах», «сознание в сознании»? Почему бы ни сказать просто: созерцать тело, созерцать чувства, сознание, объекты сознания? На мой взгляд, такая, казалось бы, излишняя «тавтология», на самом деле имеет глубокий смысл и несёт весьма важное послание. Расшифровать его можно следующим образом.

Оказывается, при созерцании необходимо исключить искажающее действие ума, который постоянно вмешивается в процессы восприятия-осознания и искажает его результаты. Наш ум - и есть стенка между нами и реальностью. Процесс медитации-осознания должен осуществляться в режиме сырого, то есть необусловленного восприятия реальности, восприятия «всего, что есть». Поэтому слова Будды означают, что будет неправильным созерцать тело в уме, правильным же будет созерцать тело в теле, то есть прямым и непосредственным образом, вне каких-либо идей и концепций, вне мышления и речи, вне классификаций и вне всяких слов. Вот почему, на мой взгляд, метод «умственных отметок», если и не уничтожает медитацию самонаблюдения полностью, то, во всяком случае, резко снижает её эффективность.

Некоторые буддийские мастера Сатипаттханы полностью отвергают словесное сопровождение процесса осознания, другие утверждают, что оно полезно только в самом начале, а далее можно без него обходиться. Третьи, к которым относятся и ученики Махаси-саядо, считают, что вербализация полезна и необходима, но 95% усилий практикующего следует расходовать на прямое восприятие и лишь 5% на составление отметок в уме8. Лично я считаю, что на самом деле, метод умственных отметок не так безобиден, как кажется, и его использование в практике медитации-самонаблюдения приносит значительно больше вреда, нежели пользы. Отягощённость сознания вербальным материалом намного превосходит указанные 5%. Медитация-самонаблюдения, выполняемая в сочетании со словесной регистрацией, напоминает мне бег в колодках. Она чрезмерно бюрократична и чрезмерно отягощена ненужным словесным материалом. На самом деле, в медитативной практике не должно быть ничего лишнего. Она должна быть построена на чётких и ясных принципах. Медитация-осознание - это не-мысль, не-речь, не-думание, не-говорение (отсутствие как внешнего разговора, так и внутреннего).

Метод же умственных отметок представляет собою явное и несомненное нарушение этих принципов. Позицию, которую я представляю, не следует рассматривать как излишний педантизм и излишнюю придирчивость. Речь идёт о соблюдении основополагающих принципов медитации-осознания, даже частичное нарушение которых следует считать недопустимым.

* * *

Типовая ошибка начинающих - чрезмерное старание, ведущее к внутреннему зажиму. При этом блокируется процесс очищения нашей психики. Такое напряжение, возникающее из чрезмерного усердия, допускать нельзя. Наоборот, мы должны ослабить интенсивность и напряжённость своего самосозерцания, своего смотрения в самого себя. Нужно сделать его безмятежным, мягким и расслабленным. При правильном подходе мы созерцаем, не вкладывая в это большую психическую силу. Медитация - это не психический аналог вздувшихся жил и выпученных глаз. Подлинная медитация - это искусство тонкой настройки. Начинающий должен в полной мере осознавать, что его способ практики весьма несовершенен, что его медитация на самом деле очень жёсткая и очень грубая. Он должен постоянно заботиться о повышении её качества, о том, чтобы делать её всё более мягкой и всё более тонкой. Слишком большая мобилизация силы и волевых ресурсов приводят к тому, что закрывается доступ к авгиевым конюшням сферы бессознательного, где хранится неотработанный психический материал, накопившийся за многие годы. При правильной же, «мягкой» медитации создаются благоприятные условия для выхода эмоционально заряженных комплексов из тьмы бессознательного и для их появления в сфере актуального осознания. Однако, стоит только нарушить тонкое равновесие медитативного процесса, как внутренние заслонки захлопываются, и содержимое бессознательной сферы делается для нас недоступным. Таким образом, если мы чересчур усердствуем, вкладывая в медитативную практику слишком грубое усилие «смотрения», то процесс внутреннего психоэнергетического очищения немедленно останавливается.

Некоторые наивные люди считают, что в медитации самое главное - сидеть как можно дольше, но при этом не уделяют должного внимания качеству своей медитации. Конечно же, регулярная практика в достаточно больших объёмах важна и необходима. Однако, будучи необходимым условием, она вовсе не является условием достаточным. Как по этому поводу говорят буддисты, куры тоже подолгу сидят на насесте, только какой от этого прок?

Внутри самой практики нельзя удовлетворяться тем уровнем, который имеется на данный момент. Необходим постоянный внутренний поиск, необходима установка на достижение ещё большей глубины и тонкости осознания, ещё большей безмятежности и отрешённости.

В то же самое время, чрезмерно высокий уровень требований, предъявляемых к качеству собственной медитации, может привести к прямо противоположным результатам.

Как я уже говорил, типовая ошибка начинающих – чрезмерное старание, ведущее к внутреннему конфликту и постоянной неудовлетворенности собственной практикой.

Мой ученик, Валерий Ходорцов, рассказывает о собственном опыте преодоления этой ошибки.


Я вспоминаю.


Мы с В.М. ехали в машине. Был обычный пасмурный калининградский день. За ветровым стеклом проплывали унылые городские пейзажи.

Разговор зашел о самонаблюдении. Практикуя эту медитацию, я оказался в тупиковой ситуации, попал в своего рода медитативный кризис. Хотя я и проводил за этим занятием много времени, мои ожидания не оправдывались. Вроде бы я все делал правильно: наблюдал проносящиеся у меня в голове образы, наблюдал собственные эмоции, созерцал неоднородность ощущений физического тела, а удовлетворения от медитации не было.

Как я уже теперь ясно вижу, причина моей постоянной неудовлетворенности заключалась в следующем.

Дело в том, что я все время культивировал в своем сознании такую установку: все 100% своего внимания я должен постоянно удерживать на объектах своей медитации (мыслеобразах, эмоциях, телесных ощущениях). Вот такой эталонный образ правильной медитации, такие чрезмерные притязания я создал в своем сознании. Эта, совершенно нереалистическая установка по отношению к собственной медитации и была ловушкой. Слишком много старания, слишком много ожиданий.

Конечно же, на практике все 100% времени управлять своим вниманием никак не получалось. Луч моего внимания то был в моей власти, то ускользал от меня. Периодически я утрачивал необходимый самоконтроль, выпадал из состояния медитативной осознанности и затем неожиданно обнаруживал себя вовлеченным в процесс думания, что меня ужасно раздражало.

Ну никак у меня не получалось совершенной медитации! Я расстраивался из-за собственного бессилия. Тотально и полноценно контролировать свое ускользающее внимание мне не удавалось. В моей медитации не было того, что, как я тогда считал, должно было мною выполняться пренепременно. Я был убежден, что в состоянии отрешенного самонаблюдения я должен находиться постоянно, на протяжении всего периода медитации. Я хотел быть осознанным постоянно, а у меня не получалось! Я злился, я досадовал, а оно все равно не получалось!

Тот эталонный образ совершенной медитации, который был у меня в голове, никак не получалось воплотить в свою практику.

Все же, время от времени, я вспоминал слова В.М. о том, что на первых порах внимание практикующего похоже на щенка на прогулке. Хозяин приучает непослушного питомца к поводку, а тот всё время норовит убежать. Вот так же и внимание новичка – оно постоянно убегает и его, как непослушного щенка, постоянно приходится возвращать к медитации. Сто раз внимание уходит в сторону и сто раз его нужно возвращать назад, и при этом нужно быть спокойным и терпеливым.

Всё это я неоднократно слышал от В.М., но всё равно оставалось какое-то внутреннее раздражение. Досада и раздражение на самого себя из-за того, что я не прогрессирую в развитии своего сознания. К великому моему разочарованию, периоды сохранения осознанности, несмотря на все мои старания, не увеличивались. Моя неудача была особенно неприятной из-за того, что я искренне и изо всех сил старался добиться результата. Ежедневно я часами просиживал в медитации, но желаемого результата так и не было. Я не ленился, я честно работал, я старался – вот что было обидно!

Постепенно в душу закрадывалось испепеляющее чувство жалости к себе. Раздирающее меня изнутри противоречие, этот постоянный внутренний конфликт, никак не давали поселиться в моей душе покою, который должен был, я был в этом совершенно уверен, стать результатом успешной медитации.

Ситуация разрешилась неожиданным для меня образом в тот самый момент, когда я на это меньше всего рассчитывал.

Этим непогожим калининградским днем, когда мы по каким-то делам (сейчас уже и не помню) ехали в машине вместе с В.М., я шутливо, и не очень-то надеясь на полноценный ответ, рассказал ему о своей проблеме.

Его слова были для меня совершенно неожиданными. Он предложил посмотреть на эту проблему с той стороны, с которой мне и в голову не приходило на неё смотреть. В.М. сказал мне следующее:

«А почему ты считаешь, что периоды, когда твое внимание во время медитации-самонаблюдения выпадает из процесса осознания, менее важны, чем те периоды, когда оно там полноценно присутствует? Эти, так называемые, лакуны9 (провалы) не менее важны, чем периоды полностью включенного осознания. Более того, одно питает другое, точно так же, как Инь питает Ян, а Ян питает Инь. Как раз благодаря циклически происходящей смене этих двух противоположных начал и происходит успешное развитие сознания, возникает целостность и гармония.

В тот период, когда внимание ускользает и состояние осознанности утрачивается, в психике идет важный подготовительный процесс, во время которого зреет новая порция материала. Ранее вытесненная и неотработанная психоэмоциональная информация в это время переходит из сферы бессознательного в сферу актуального осознания. Только после этого она делается доступной и может тобою восприниматься. Как только этот процесс «перезагрузки» завершается, твоё внимание снова возобновляется.

Итак, периоды осознанности вполне закономерным образом чередуются с периодами своего рода беспамятства. Одно питает другое. Без лакун (провалов) не было бы и полноценнной медитации-самонаблюдения. Обе эти фазы, фазы единого процесса, одинаково важны. Ты же своей нетерпимостью к отвлечениям внимания только нарушаешь и омрачаешь процесс медитации, привнося в него нечто совершенно ненужное. Зачем все эти излишние старания? Зачем эти чрезмерные ожидания? Пойми, что в медитации нужно всего лишь создать условия, чтобы поток, идущий через твоё сознание, мог сам прокладываеть себе русло. В медитации поток сам делает работу, твоя же роль состоит в том, чтобы убрать помехи, только и всего. Другими словами, тебе нужно надлежащим образом отрегулировать своё тело и сознание. Ты же, своим ошибочным подходом, наоборот, создаешь во всей системе ненужное напряжение, создаешь и усиливаешь такие помехи. В твоей медитации слишком много тебя самого, делающего медитацию. На самом же деле, перед тобой не стоит задачи делать что-либо, помимо тонкой настройки».

После этих слов меня как будто молнией ударило! На душе сразу стало ясно и просто. Да, всё просто! Внутри меня, как будто совместились какие-то две половинки, еще пять минут назад бывшие раздельными и несовместимыми. Внезапно исчезла разделявшая их перегородка и возникло чувство цельности.

После слов В.М. у меня как будто открылись какие-то шлюзы в душе, о существовании которых я даже не подозревал. Меня наполнил поток жизненной силы, я переживал радость и ясность. При этом, яркие эмоциональные ощущения сочетались со спокойной уверенностью и силой, идущих от возникших во мне ясности и радостного понимания. Это на само деле было Понимание!

Раньше я много читал и многое слышал на разных лекциях и семинарах о медитации, осознании и т.п., но теперь всё было совсем иначе. Теперь это было не чужое, а моё личное понимание, выстраданное мною и полученное на основе собственного опыта!

Наверное это всегда так – настоящее, подлинное понимание приходит только через реальную практику. Знания, полученные от других людей, обязательно должны преломиться через собственный опыт. Только тогда может возникнуть истинное Понимание и большое желание работать над собой.

После этого памятного разговора с В.М. моя практика медитации-самонаблюдения вышла на совершенно иной уровень. В тот же вечер, в течение первых 30 минут медитации у меня появились мощные и яркие ощущения. После медитации – выраженный благодатный постэффект – состояние силы, ясности и покоя. Результаты «столь простого» изменения в медитативной установке были впечатляющими и очень вдохновляющими. Теперь я уже мог без особого труда находиться в медитации 1,5-2 часа. Усталости не было. Были покой и сила. При этом я не пытался намеренно создавать и удерживать это состояние. Я просто спокойно пребывал в нём и не боялся его потерять. Сила и покой теперь просто были со мною, можно даже сказать, были составной частью меня самого.

Когда сидишь в медитации, свет, идущий изнутри, неизбежно пропитывает тебя и распространяется на обыденную жизнь. Я был очень благодарен В.М. Его слова драматически изменили мою медитацию, да и меня самого.

То, что в повседневной жизни раньше мне казалось второстепенным, то, к чему я относился кое-как, теперь неожиданно оказалось наполненным смыслом. Я действительно изменился. Мне даже трудно сейчас представить себе, что было бы дальше, если бы этот внутренний конфликт не был разрешён благодаря словам В.М., попавшим прямо в сердцевину проблемы. И вообще, если бы я не вышел на этот Путь, если бы у меня не было медитации-самонаблюдения, то, думаю, это была бы совсем другая судьба и в моём зеркале отражался бы совсем другой человек.

Знания меняют практику. Практика меняет человека и его судьбу. И я не просто верую в это, я это знаю».


Эти воспоминания очень поучительны и заслуживают подробного комментария.

Ошибка, о которой говорится в этом рассказе – достаточно распространенное явление. Особенно ей подвержены люди сильные и цельные, настроенные на серьёзную работу над собой. Как уже было сказано, суть этой ошибки заключается в чрезмерных требованиях, предъявляемых к собственной практике. Между тем, на первом, достаточно продолжительном этапе, медитативная осознанность (или же медитативная сосредоточенность) всегда носят дискретный характер. В индийской традиции эта первоначальная стадия медитации называется Дхарана.

На стадии Дхараны периоды полноценной осознанности чередуются с периодами отвлечения внимания, своего рода лакунами, во время которых происходит очень важный и совершенно необходимый процесс информационной перезагрузки10. Метафорически выражаясь, лакуна подкидывает новую порцию угля в топку, когда прежняя порция уже прогорела. Лакуна, так сказать, питает зону актуального осознания новым, ещё неотработанным информационным материалом.

Такая временная потеря осознанности – необходимая часть единого цикла. Она даёт возможность этому материалу выйти из глубин нашей психики и перейти в сферу актуального осознания.

Очень важным является то обстоятельство, что в сферу осознания выходит именно та информация, которая на данный момент является наиболее близкой к поверхности и наиболее энергетически насыщенной (эмоционально заряженной).

В отличие от знаменитого кастанедовского перепросмотра, этот процесс является самопроизвольным и совершенно естественным. Нет необходимости ни в каких специальных усилиях по извлечению неотработанной информации из глубин нашей психики. Достаточно просто выполнять медитацию-самонаблюдение, то есть спокойно созерцать всё, что есть.

Этот, спокойно и естественно разворачивающийся процесс, можно уподобить последовательному снятию с кочана капусты одного листа за другим. Только тогда, когда снят наружный лист, создаются условия для снятия следующего, внутреннего листа.

Первая стадия медитации (стадия Дхараны) длится до тех пор, пока (продолжая нашу метафору), не снимутся все листы и от кочана не останется лишь одна кочерыжка. Без прохождения через эту стадию и без её исчерпывания, полноценное развитие сознания просто невозможно.

Дело в том, что наша психика состоит из трёх частей, трёх, так сказать, камер.

Первая часть (первая камера) – это зона актуального осознания. Она представляет собою своего рода арену, ярко освещенную светом нашего сознания. В этой зоне находится всё, что мы воспринимаем, вспоминаем, думаем, переживаем в данный момент.

Сфера актуального осознания – это информационная топка, в огне которой сгорает всё наличествующее информационное содержимое.

Вторая часть, непосредственно примыкающая к первой – это зона предсознательного. Она содержит всё то, что хранится в нашей памяти, но в данный момент не представлено в зоне актуального осознания. Тем не менее, эта информация вполне доступна для нас. При желании мы всегда можем извлечь её из сферы предсознательного и вывести в зону актуального осознания.

Третья, самая глубинная и труднодоступная часть нашей психики – это сфера бессознательного. Она содержит в себе психическую информацию, которая ранее была вытеснена в эту сферу и инкапсулирована внутри неё. Вытеснение произошло вследствие очень болезненного, крайне неприятного или же неприемлемого с точки зрения внутренней цензуры, содержания этого вытесненного материала.

Таким образом, вытесненная информация представляет собою многолетний негативный опыт, аккумулированный в сфере бессознательного. Такая неотработанная психоэмоциональная информация далеко не безобидна. Она сохраняет сильный эмоциональный заряд, создает постоянное внутреннее напряжение и отравляет нас изнутри. Она может очень сильно влиять на наше поведение, при этом оставаясь для нас недоступной. Во многих случаях мы даже не осознаем истинные причины своего поведения, между тем, они коренятся в сфере бессознательного.

Осознание вытесненного материала всегда дискомфортно, всегда болезненно. Вхождение нашего сознания в прямой контакт с энергоинформационной блокировкой всегда причиняет боль и страдание. Поэтому человек изо всех сил старается этого избежать.

Бегство от осознанности – главная особенность нашей повседневной жизни. Вследствие такого психоэмоционального тропизма сфера бессознательного сильнейшим образом защищает себя от проникновения в неё света нашего сознания.

После этих предварительных разъяснений мы можем более полноценно рассмотреть психодинамику развития сознания в процессе медитативной практики.

Согласно Йога-Сутре Патанджали – одному из наиболее авторитетных источников индийской духовной традиции, в процессе своего развития медитация проходит три, качественно отличающихся друг от друга стадии. Это Дхарана, Дхиана и Самадхи. Рассмотрим каждую из этих стадий с точки зрения её психологического содержания.

Первая стадия – Дхарана.

На этой стадии происходит процесс постепенной расчистки сферы предсознательного. Именно для этого и нужны периоды отвлечения внимания, во время которых происходит информационная перезагрузка.

Таким образом, восприятие периодически возникающих периодов потери осознанности, как досадной неудачи, как несовершенства нашей практики, является ошибочным.

Да, по сравнению со второй стадией медитации, Дхианой, первая стадия, несомненно, является несовершенной. Однако, отвлечения внимания на стадии Дхараны являются неизбежными и, более того, необходимыми для полноценного развития сознания. Происходящий на этой стадии процесс постепенного расчищения сферы предсознательного никоим образом не следует форсировать. Практикующий должен иметь доверие к своей медитации. Если же его охватывает состояние нетерпеливого ожидания результатов, то само это состояние следует превратить в объект медитации-самонаблюдения и созерцать его вплоть до полного растворения.

На первой стадии медитативной практики, на стадии Дхараны, идет достаточно длительный процесс постепенного накопления количественных изменений. В конце концов он приходит к своему завершению и происходит качественный скачок. Медитация переходит на вторую стадию – стадию Дхианы.

Вторая стадия – Дхиана.

На переходе к этой стадии количество отвлечений внимания постепенно уменьшается, до тех пор, пока, наконец, медитация не становится непрерывной.

Главным содержанием предыдущей стадии было расчищение сферы предсознательного от многолетних наслоений неотработанной информации. Когда процесс такого расчищения приходит к своему завершению, отвлечения внимания полностью прекращаются и медитация самопроизвольно переходит в стадию Дхианы. Еще раз хочу подчеркнуть, что мы не можем ускорить этот процесс по собственному, даже очень большому желанию. Переход на более высокую ступень происходит естественно и самопроизвольно, происходит тогда, когда для него созрели необходимые условия.

В индийской традиции процесс Дхианы уподобляют маслу, льющемуся непрерывной струей из кувшина.

На это стадии «пунктирный Будда» превращается в «сплошного Будду». Это возможно только после того, как авгиевы конюшни сферы предсознательного будут в достоточной степени расчищены. Только после этого процесс медитации естественным образом переходит ко второй стадии.

Дхиана качественно отличается от Дхараны по своему внутреннему содержанию. Практикующий попадает в замечательное состояние глубокого покоя и радости. При этом происходит сильное энергетическое наполнение. Период очищения и претерпевания самого себя, который имел место в начальной стадии практики, сменяется периодом эмоционального благополучия и энергетического наполнения. Такое состояние является признаком успешного очищения сферы предсознательного. Опустошение этой сферы, в сочетании с высоким уровнем энергетического наполнения создают условия для взлома той стенки, которая отделяет нас от сферы бессознательного.

Мы уже знаем, что переход новой порции неотработанной информации из второй сферы (зоны предсознательного) в первую сферу (зону актуального осознания) возможен только при условии расчищения и опустошения первой сферы, которую можно условно назвать «прихожей» нашего сознания.

Представьте себе, что вам нужно выкинуть из квартиры старую мебель, а прихожая, через которую нужно тащить вещи на выход, полностью загромождена всяким хламом. Ясное дело, до тех пор, пока вы не расчистите и не освободите прихожую, ничего у вас не получится.11

Аналогичным образом, переход информационного материала из сферы бессознательного (третьей сферы) на освещённую арену зоны актуального осознания (первая сфера), возможен только тогда, когда полноценно прочищено среднее звено нашей психики (вторая сфера, зона предсознательного).

Третья стадия - Самадхи.

Прорыв материала, долгое время хранившегося во тьме бессознательного, в зону актуального осознания, приводит практикующего к трансформирующему духовному кризису. Во время этого кризиса происходит катарсис, т.е. бурное отреагирование, сопровождающееся яркими эмоциональными и соматическими проявлениями. Чаще всего на эмоциональном уровне отреагирование проявляется слезами и рыданиями, реже наблюдается неудержимый и беспричинный смех. Также бывает отреагирование с выплеском гнева, выплеском агрессивных эмоций. На соматическом уровне тоже может быть очень широкий спектр проявлений – бурное дыхание, обильное потоотделение, дрожание конечностей, мышечные судороги, прокатывающиеся по всему телу и различного рода непроизвольные движения.

Глубинной основой всех этих проявлений трансформирующего кризиса, как соматических, так и эмоциональных, являются мощные энергетические процессы, протекающие на незримом тонкоматериальном уровне.

Процесс отреагирования может длится несколько часов, а иногда и несколько дней. Его результатом является духовное преображение человека и переход медитации на третью, высшую стадию, которая в индийской традиции называется Самадхи.

Дхарана, Дхиана и Самадхи – это разные стадии одного и того же медитативного процесса.12 Этот удивительный процесс развивается естественным и закономерным образом от одной стадии к другой, вплоть до окончательного прорыва. Пытаться его форсировать – совершенно бесполезно. Это никоим образом не ускорит процесс развития сознания, а наоборот, будет ему препятствовать.

Таким образом, сначала надо полностью пройти первую стадию и полностью исчерпать её, и только после этого возникнет состояние непрерывной осознанности. Возникнет совершенно естественным, непреднамеренным и непредсказуемым образом. Если же мы попытаемся перепрыгнуть через стадию Дхараны и сразу же практиковать непрерывное осознание, из этого ничего хорошего не выйдет. Получится всего лишь ущербная и «надсадная» медитация, признаками которой являются избыточное напряжение в процессе медитации и неудовлетворенность и разочарованность после медитации.

* * *

Обычное затруднение начинающего состоит в следующем: когда я наблюдаю, старательно и добросовестно смотрю внутрь себя - ничего там не вижу. Субъект, то есть тот, кто смотрит - есть, а объекта, то есть того, на что он смотрит - нет. Получается какое-то странное «зависание», от которого, по всей видимости, и толку никакого нет. Потом, спустя некоторое время, вдруг спохватившись, я обнаруживаю, что позиция наблюдателя мною утрачена, а мой ум неуправляемым образом несётся от одного переживания, воспоминания, мечтания - к другому. Объект (материал для наблюдения) есть, но субъекта (наблюдателя) - нет. Получается по поговорке: «хвост вытащил - нос увяз, нос вытащил - хвост увяз».

Эта проблема автоматически снимается, если медитация-самонаблюдение не ограничивается созерцанием собственного душевного состояния (красиво выражаясь - созерцанием внутренних ландшафтов), но и (и это крайне важно) созерцанием собственного физического тела. Последнее часто упускают из виду, чрезмерно акцентируя важность интроспективного созерцания собственной психики. При более совершенной и продвинутой технике, медитация-самонаблюдение состоит в свободном перемещении осознающего внимания в пределах следующих двух сфер:

1) физическое тело (наблюдение неоднородности ощущений физического тела). Физическое тело, как уже упоминалось в предыдущей главе, имеет исключительно большое значение для практики духовного развития. Оно представляет собою исходный плацдарм для осознания и является той зоной, в которую мы всякий раз возвращаемся при потере осознанности13.

2) внутренний мир собственной души (наблюдение информационного содержимого собственного сознания, наблюдение собственной психики: мыслей, эмоций, переживаний, мечтаний, воспоминаний и т.п.). Как я уже ранее упоминал, значительную часть того, что относится к этой сфере, приходится осознавать «задним числом», подобно тому, как это происходит с воспоминанием и осознанием сновидений.

Свободное перемещение осознающего внимания между этими двумя сферами означает, что здесь нет заданности, нет алгоритма. Наше непроизвольное внимание отпущено на волю, оно может идти туда, куда ему хочется (то есть к самому сильному наличному стимулу). Но куда бы оно ни пошло, всюду его сопровождает осознание, всюду его сопровождает бдительный наблюдатель.

При такой технике самонаблюдения ситуация «субъект есть, а объекта нет» - невозможна. Если мы пытаемся наблюдать свой душевный мир, смотрим «внутрь себя» и ничего там не видим, нужно просто перейти к наблюдению неоднородности ощущений физического тела - уж там-то всегда есть что наблюдать. Поработав достаточное время с физическим телом, мы создадим необходимые условия для высвобождения информации, находящейся в сфере бессознательного. Высвобожденная информация всплывает в поле актуального осознания. Появляются соответствующие воспоминания, образы, мысли, переживания. Теперь уже есть что наблюдать в психической сфере. Как только это произошло, как только мы это заметили - сразу же переходим от осознания физического тела к осознанию содержимого собственной психики.

На самом деле, весьма часто материал для внутреннего осознания имеется; мы просто не можем его увидеть, поскольку именно здесь находится слабое место нашей психики, нашей личности. Оно образует «непростреливаемую» мёртвую зону для нашего самонаблюдения, зону, где очень легко возникает отождествление, и куда осознающее внимание проникает с очень большим трудом.

Вот простой пример:

«Сижу, смотрю в себя, а там ничего нет. Сижу, долго сижу, уже надоело, скучно, а внутри всё ещё ничего нет. Интересно, сколько мне ещё сидеть? Много ли осталось до окончания положенного получаса (минимального времени медитации)?»

И так далее. Подобный внутренний монолог остаётся незамеченным для самого практикующего. Он вполне искренне полагает, что внутри так и не было ничего, что можно было бы наблюдать, тогда как на самом деле его душа была переполнена спешкой, скукой, чувством занудности и бессмысленности этого занятия, нетерпеливым ожиданием его прекращения. И со всеми этими мыслями, желаниями и переживаниями практикующий отождествился.

Что же ему следовало делать? Надо было сказать себе:

«Наблюдаю свою спешку, скуку, нетерпячку, наблюдаю желание взглянуть на часы, наблюдаю всё то внутри меня, что не даёт мне сидеть спокойно и безмятежно, всё то, что гонит меня вперёд. Всё это я наблюдаю. Всё это я принимаю и пребываю со всем этим».

Как только мы отнаблюдали информационное содержимое собственной психики и вновь возникла ситуация: «смотрю, а смотреть не на что, объект отсутствует», - вновь возвращаемся к осознанию физического тела. Медитация-самонаблюдение применительно к физическому телу высвечивает наиболее зажатые зоны, то есть зоны с избыточным мышечным напряжением. В таких зонах всегда имеют место нарушения кровообращения, а также нарушения циркуляции жизненной энергии (спазмирование кровеносных сосудов и блокирование энергетических каналов, проходящих через эту зону). При хронических мышечных зажимах прямая намеренная попытка расслабить эту зону даёт ограниченный результат. Поэтому намеренное расслабление выполняется только в самом начале, как полезный вводный момент. Но сама медитация выполняется уже как длительное и отрешённое созерцание зоны зажима.

Таким образом, истинное расслабление, снятие мышечного зажима, возможно только через медитацию-самонаблюдение, через длительное созерцание зоны зажима. И тем не менее, установка на полноценное физическое расслабление - весьма важный фактор успешной медитации-самосозерцания.

* * *

Аналогом напряжениям и мышечным зажимам физического тела является психическое, я бы даже решился сказать «личностное» напряжение. Оно чрезвычайно распространено и является скорее правилом, чем исключением. В наши дни редко можно встретить спокойного и безмятежного человека. Такое психическое напряжение часто очень плохо осознаётся его носителем, и принимает хронический многолетний характер. Высокий уровень тревожности одновременно проявляется как на физическом уровне в виде мышечных зажимов, так и на психическом уровне (тревога, страхи, постоянная озабоченность и т.п.). Физическая релаксация приводит к гармонизации психики, а снятие тревоги и достижение состояния спокойствия и умиротворённости, - в свою очередь, приводят к мышечному расслаблению. Отсюда понятно, что в поисках решения проблемы общего психосоматического напряжения, нам следует использовать как мышечную релаксацию, так и гармонизацию психики, так сказать, рыть туннель сразу с двух сторон.

Для физического тела - это производимая в самом начале медитации, а далее регулярно возобновляемая установка на физическую релаксацию. Для психики - это установка на спокойствие, а также установка на доверие к жизни. Именно отсутствие такого доверия заставляет человека внутренне зажиматься и пребывать в состоянии хронического, весьма сильного, но при этом плохо осознаваемого, психического напряжения. Порой человек настолько привыкает к патологическому состоянию постоянной тревоги и напряжения, что и вовсе перестаёт его замечать. Оно становится его субъективной нормой. Быть спокойным и расслабленным для такого человека оказывается настолько непривычным, что попадание в это новое для него состояние может даже спровоцировать (как это ни парадоксально) - вспышку страха. Для такого человека быть спокойным и расслабленным - страшно!

Вспоминаю эпизод с одной моей пациенткой, у которой были хронические головные боли как следствие сосудистых нарушений головного мозга. Я провёл несколько сеансов точечного массажа с хорошими результатами. Придя на очередной сеанс, она мне рассказывает:

«Знаете, Владимир Михайлович, сегодня утром у меня было необычное переживание. Просыпаюсь и чувствую, что что-то не так, что-то неправильно, но что именно - непонятно. Тут же появилось сильное чувство страха и психического дискомфорта. Что-то со мной не так, но что именно - не могу понять. И тут я, наконец, догадалась: оказывается, у меня по пробуждении нет привычной головной боли!».

Удивительно, но факт: даже если мы меняем состояние здоровья резко к лучшему, люди, длительное время страдавшие каким-либо хроническим заболеванием, сами, собственной психикой, загоняют себя назад, в болезнь. Состояние физического тела и психоэмоциональное состояние драматически изменились, а психосоматический Я-образ остался прежним. Возникает когнитивный психосоматический диссонанс, который можно ликвидировать либо заменив старую психосоматическую картинку «себя больного» на новую (образ «себя здорового»), либо же оставить старый психосоматический Я-образ, а тело вернуть в прежнее, больное состояние.

Нечто подобное происходит и при медитации-самонаблюдения. Для самоизменения необходимо растворить все Я-концепции, Я-образы, как личностные, так и психосоматические. Для облегчения этой задачи, я и рекомендую две следующие медитативные установки:

Первая: «Я не знаю кто я, и не хочу этого знать. Всё моё знание о себе - ущербно и ошибочно». Об этой установке я уже ранее говорил.

Вторая установка, наиважнейшая для снятия психического напряжения - это установка доверия к жизни, доверия к бытию. Она означает, что мы не должны бояться жизни, мы должны быть готовы принять свою судьбу, какой бы она ни была. Это означает, что мы понимаем всю ущербность попыток держать всё под контролем в своей жизни и пытаться всё предусмотреть. Это нелепо и попросту невозможно. Много лучше расслабиться, довериться, сотрудничать с жизнью и отказаться от попыток контролировать силы, намного нас превосходящие.

Таким образом, в вашей медитации должно присутствовать доверие к жизни. Севши в медитацию, расслабьтесь и доверьтесь бытию. Новозаветная установка: «Будьте как дети», как раз и указывает на состояние доверия и открытости, без которого невозможна полноценная медитация-самосозерцания. Бесполезно пытаться медитировать, находясь в состоянии хронического психического и физического зажима, человек не может измениться к лучшему, продолжая настаивать на самом себе, настаивать на сохранении привычного психосоматического и личностного Я-образа. Такая «медитация», на самом деле, - пребывание в своеобразном психическом (да и физическом также) окоченении. Жёсткость и сверхконтроль не имеют ничего общего с подлинной медитацией-самосозерцания, в основе которой лежат противоположные качества: спокойствие, расслабление, мягкость и текучесть.

Специальная работа над вышеперечисленными установочными принципами правильной медитации нужна только для начинающего. Продвинутый практик применяет их автоматически и уже не нуждается в их специальной наработке. Не следует на них слишком зацикливаться, однако не следует и быть слишком самоуверенным. Даже опытному практику полезно периодически возвращаться к отдельным настроечным моментам, чтобы сохранить должное качество своей медитации.

* * *

В завершение описания основных принципов и тонких технических моментов медитации-самонаблюдения, для удобства читателя сведу всю эту информацию в виде краткого резюме, в котором содержатся базовые принципы медитации-самонаблюдения и ключевые слова, их выражающие.

1) Подлинная медитация - это не-речь, не-мышление, не-думание. Это именно самонаблюдение, то есть намеренное, осуществляемое как специальная деятельность, созерцание самого себя при закрытых глазах.

2) В процессе медитации периодически выполняется переключение осознающего внимания от неоднородности ощущений физического тела к неоднородности собственной психики. Переключение от осознания физического тела к осознанию собственной психики (душевного состояния) и наоборот - осуществляется в свободном режиме, вне каких-либо правил и алгоритмов.

3) При отвлечении внимания на посторонние мысли, вернувшись к состоянию осознанности, следует выполнить наблюдение «задним числом». Делать это нужно достаточно бегло, без длительного застревания.

4) В правильной медитации должны быть такие важные качества, как отрешённость, невовлечённость и спокойная осознанность. Это означает сохранение позиции невмешательства в собственную психику, отказ от активного «делания» медитации. Нужно просто созерцать всё, что есть, всё, что наличествует в сфере актуального осознания, не пытаясь наводить там собственный порядок.

5) Важная особенность правильной медитации - отказ от внутренней борьбы, ибо борьба есть форма сотрудничества. Чем больше мы с чем-то боремся, тем больше мы это усиливаем.

Как прямое следствие это означает отказ от внутренней цензуры. Во время медитации мы не должны удерживать приятное, не должны пытаться избавиться от неприятного. Это и означает культивирование высокой беспристрастности.

6) В процессе медитации полезно иногда проверять, как вы выполняете свою медитацию («вторая производная» самонаблюдения). Нет ли в ней избыточного старания и чрезмерного напряжения? Соответствует ли она состоянию безмятежной осознанности?

7) Не ожидайте от себя полной безупречности и абсолютного совершенства. Важно понимать, что самонаблюдение - это пребывание с самим собою реальным, а не выдуманным. Самонаблюдение - это мужественное пребывание с несовершенством собственного бытия.

8) В вашей практике должно быть доверие к самой медитации. Совершенно невозможно достичь успеха, если вы бесконечно сомневаетесь в собственной практике и постоянно тревожитесь по поводу её качества. Несмотря на то, что я так много написал по поводу правильной техники медитации-самонаблюдения, на самом деле, она проста как репа. Не надо пугаться её воображаемой сложности. Но если, вместо того, чтобы практиковать обычное самосозерцание, вы будете бесконечно спрашивать себя «а то ли я делаю?», тогда, конечно, ничего не получится. Медитация - это не пребывание в сомнениях и не вытеснение (изгнание) сомнений. Медитация - это созерцание собственных сомнений, любых сомнений, в том числе и сомнений по поводу самой медитации.

9) Для успешной медитации необходимо отказаться от знания самого себя. Важно научиться быть самому себе незнакомцем.

10) Важно понимать, что осознание - это незримый огонь, который сжигает любую внутреннюю грязь, растворяет любое содержание нашей психики. Для нашего осознания не существует хороших мыслей и правильных убеждений, не существует ничего, что нужно культивировать внутри себя.

11) Медитация должна проводиться на фоне физического расслабления (мышечной релаксации).

12) Медитация также должна проводиться на фоне психического расслабления, важнейшими компонентами которого являются: спокойствие, открытость и доверие к жизни.

Наконец, в виде ещё более краткого резюме (резюме второго порядка) приведу базовые установочные формулировки, важные для медитации-самонаблюдения. Перед медитацией эти словесные формулировки помогают настроиться должным образом. Далее, в процессе самой медитации, их рекомендуется время от времени повторять, чтобы сохранить правильное медитативное состояние:

  • расслабление, спокойствие;
  • наблюдаю, помню14;
  • доверяю жизни;
  • согласен (согласна), принимаю;
  • всё это - растворяется.

Не следует забывать, что эти формулировки - всего лишь вспомогательные средства, которые нужны чтобы привести нашу психику в надлежащий режим функционирования, чтобы войти в правильное медитативное состояние. Коль скоро это сделано, далее мы в них не нуждаемся. Недопустима подмена медитации-самонаблюдения бесконечным повторением установочных формулировок. Это всего лишь средства для возвращения в центральное медитативное состояние, и применяются они только тогда, когда мы выпадаем из этого состояния, но никоим образом во время него.

* * *

Медитация-самонаблюдение - наилучшее и единственное в своём роде средство очищения, успокоения и гармонизации психики, наилучший способ достижения внутреннего безмолвия. Обычно же в канале нашего сознания постоянно наличествует информационная перенасыщенность, зашлакованность неотработанной информацией. При неблагоприятных условиях эта перенасыщенность неотработанным психическим материалом приводит к своеобразной «кристаллизации» и образованию патологической доминанты.

Важнейшей особенностью здоровой и гармоничной психики является свободная текучесть. Патологическая внутрипсихическая доминанта - полная тому противоположность, ибо представляет собою зону жёсткой ригидности, «склерозированную» зону нашей психики. Любая такая доминанта, даже самая возвышенная и «высокодуховная», - на самом деле порабощает нас и резко ограничивает нашу способность к адекватному восприятию как самих себя, так и мира, в котором мы живём.

Медитация-самонаблюдение - уникальный и непревзойдённый метод духовной практики, позволяющий растворять любые мыслеформы. Любая неотработанная мысль, застрявшая в канале нашего сознания, представляет собою очаг, из которого может начаться процесс развития патологической доминанты - психоинформационного аналога опухоли в физическом теле. Как опухоль разрастается за счёт жизненной энергии нашего тела, точно так же и патологическая доминанта приковывает к себе наше внимание, и, тем самым, забирает нашу энергию.

Главная особенность патологической доминанты - это то, что она является своеобразной ловушкой, капканом, в который попадает наше непроизвольное внимание. Порабощение и сужение нашего сознания как раз и происходят за счёт фиксации непроизвольного внимания на этой, ненормально разросшейся, мыслеформе. (Кстати, на этом психологическом механизме основаны многие методы чёрномагического воздействия. Достаточно поймать ум жертвы, зафиксировать его на определённой идее или представлении, а далее человек уже сам приведёт себя к гибели).

Вот почему медитация-самонаблюдение имеет такую потрясающую эффективность и такую огромную ценность для обретения и сохранения психического здоровья.

* * *

Как уже ранее упоминалось, медитация-самонаблюдение представляет собою развитие временного аспекта сознания. При самонаблюдении мы воспринимаем именно изменения, то есть процессы, разворачивающиеся во времени. При этом происходит неуклонный рост способности воспринимать причинно-следственную структуру реальности объёмно, во всей её полноте. В этом и состоит огромное качественное отличие познания посредством интуиции-праджни от причинно-следственной «спицы» мышления, узким изолированным лучом протыкающей познаваемый объект. Медитация-самонаблюдение представляет собою созерцание психосоматического континуума как объёма, как великого множества одновременно протекающих процессов. Такая практика приводит к трансцендированию упрощённого линейного представления о причинности (причинно-следственная цепочка, порождаемая задаванием вопросов и получением ответов: «а почему?» - «а потому, что…»).

На самом деле, любая познаваемая система (объект познания) - объёмна. Имеется в виду некий упорядоченный информационный объём со своим центром (смысловым ядром), со своей внутренней структурой и внешней конфигурацией и т.д. Научное познание (познание посредством дискурсивного мышления) использует линейные причинно-следственные «спицы», которыми и протыкает этот объём с различных сторон. Однако эта процедура малопригодна для того, чтобы получить целостное представление о познаваемом объекте. Последнее возможно только посредством интуитивного познания, то есть посредством синтезирующего инсайта, который представляет собой одновременное восприятие познаваемого объекта, - всего объекта, целиком и полностью, во всей совокупности его внутренних и внешних связей. Посредством дискурсивного мышления это просто недостижимо. Пусть даже объект познания протыкает не одна спица, а несколько - сути дела это не изменит.

Требуется качественно иной способ познания, альтернативный мышлению и не совместимый с ним, а именно - прямое интуитивное прозрение. А это тот самый режим функционирования психики, который имеет место в практике медитации-самонаблюдения. В этом режиме процесс познания обретает объёмный характер, а не линейный, и через это обретается немыслимая полнота знания о познаваемом объекте. Коперниканский переворот в способе познания заключается в том, что объяснение заменяется пребыванием с познаваемым объектом; резко сужающее сферу нашего восприятия вопрошание заменяется на расширяющую сферу нашего осознания медитацию; мышление - на интуитивную мудрость-праджню (сверхспособность познания).

Трансцендирование причинности вовсе не отменяет её, а преодолевает её несовершенную линейную разновидность, заменяя её на объёмную. Последняя включает бесконечное число всевозможных познавательных «спиц», интегрируя их в единое объёмное поле восприятия-познания.

Как видим, «простое» самосозерцание приводит к очень глубоким изменениям сознания. Практика медитации-самонаблюдения обеспечивает уникальное информационное развитие, в результате которого человек обретает сверхспособность познания - «ясномыслие» или интуитивную мудрость-праджню.

* * *

Интуитивная мудрость-праджня, как базовая познавательная функция, имеет ряд стадий своего развития и широкий спектр своих проявлений. Прежде всего, она проявляется в способности человека к самопониманию (то есть к прямому восприятию или видению собственных тела и психики) и, одновременно, к пониманию других людей (к видению их психики и состояния их физического тела). Вопреки общераспространённому представлению, подлинное знание себя - удивительная и весьма редкая способность. Будет большой наивностью считать эту способность чем-то само собой разумеющимся и повсеместно встречающимся. Если кто-либо легкомысленно заявляет, что он сам себя достаточно хорошо знает и без всяких медитаций, то он глубоко заблуждается. На самом деле, он не столько знает себя, сколько привык жить «в самом себе», подобно тому, как слепой привыкает к жилью, в котором он постоянно обитает.

Хорошим критерием подлинного прогресса в познании самого себя является пробуждение способности видеть другого человека. Имеется в виду паранормальная способность к психосоматической эмпатии, то есть способность непосредственно воспринимать его чувства и мысли, его желания и эмоции, способность видеть-чувствовать его физическое тело со всеми его проблемами и особенностями. Иначе говоря, способность к подлинному познанию себя, своего тела и своего «ума», пробуждается одновременно со способностью познавать тела и «умы» других людей.

При этом автоматически пробуждается особая способность соединения, при которой два человека, как две энергосистемы, объединяются в единое психоэнергетическое целое, имеющее уже значительно больший спектр ресурсов, способностей и возможностей по сравнению с обычным изолированным состоянием.

Эта способность, которую я называю «психосоматической эмпатией», неразрывно связана с интуитивной мудростью-праджней и является одним из важнейших её аспектов. Она же является психоэнергетической основой для подлинной любви и подлинной дружбы - качеств, встречающихся много реже, чем их разнообразные имитации.

Психосоматическая эмпатия - это способность воспринимать телесное и психоэмоциональное состояние другого человека через себя самого, через собственные тело и психику. При этом, когда происходит психоэнергетическое соединение с другим человеком, - начинаешь чувствовать в своём теле все его проблемные, болезненные места15, а в собственной психике - полномасштабно воспринимать его психоэмоциональное состояние.

На этом уровне развития сознания делается возможным целительство посредством одного лишь собственного присутствия. Для такого целительства не нужно никаких слов, никаких манипуляций типа пассов руками и т.п. Достаточно всего лишь благодатного присутствия целителя на фоне совместной медитации, во время которой целитель осознаёт клиента, а клиент осознаёт всё, что с ним происходит. При этом целитель, в самом что ни на есть буквальном смысле слова, разделяет все ощущения клиента и, фактически, лечит его самим собой.

Конечно же, это далеко не безопасно для самого целителя. Вот почему психоэнергетическая открытость на первом этапе духовной эволюции является разновидностью альтруистического служения этому миру и, одновременно, тяжёлым бременем для самого носителя этого качества. На более высоком уровне развития эта проблема снимается. Человек достигает успеха в медитации пространственного осознания и становится «единым со Вселенной». Восстанавливается ранее нарушенный баланс между энергетическими и информационными параметрами личности, и тогда психоэнергетическое соединение уже становится безопасным. Это уже будет тот самый йогин, достигший Освобождения, о котором говорил Сватмарама - человек, способный одним своим присутствием сжигать карму всех окружающих.

Хорошо известная телепатия на самом деле представляет собою лишь одну из граней более широкой способности психосоматической эмпатии. Попутно отмечу, что чужие мысли, точнее - «мыслеобразы», обычно воспринимаются как свои собственные. На мыслях, появляющихся в нашем сознании, нет ярлычка с надписью “made in”. О том, что это мысли другого человека, догадываешься лишь по их инаковости, по их несхожести с обычным строем собственных мыслей. Если же находишься в обществе нескольких людей, приходится тратить определённое время на поисковую деятельность, чтобы определить, кому именно принадлежат эти мысли (чувства, образы, ощущения).

Мысли «в чистом виде», мысли как таковые, воспринимаются труднее чем всё прочее, поскольку для успешного телепатического восприятия важна энергетическая насыщенность мыслеформ, а её обеспечивает именно эмоционально-образное сопровождение. Поэтому образы, желания и эмоции телепатически воспринимаются значительно легче, чем абстрактные мысли. Например, это может быть воспринятое от другого человека чувство боли в области сердца, одновременно с реакцией страха по этому поводу, или же эротические мечтания, сопровождающиеся яркой визуальной «картинкой», или же воспоминания, окрашенные глубокой печалью. Такого рода вещи воспринимаются достаточно ярко и отчётливо.

Намного хуже воспринимаются отвлечённые идеи. Как правило, они не имеют достаточного уровня энергетической насыщенности и представляют собой слишком слабый сигнал. Всё это - реальность, а не фантастика. И говорю я об этом, основываясь на собственном опыте. По моему глубокому убеждению, способность к психосоматической эмпатии через практику медитации-самонаблюдения может развить каждый человек, обладающий достаточным упорством и терпением. Ключевая идея заключается в следующем: чтобы воспринимать чужие мысли нужно не иметь своих собственных. Другими словами, нужно войти в состояние умственной тишины. Секрет телепатии весьма прост: замолчи - и тогда услышишь.

Ещё одно из частных проявлений интуитивной мудрости-праджни - это способность к правильному истолкованию сновидений и проникновению в их суть. Для этого, безусловно, требуются и большой жизненный опыт, и добротные психологические познания, но более всего и важнее всего - наличие высокоразвитой экстраментальной способности познания - интуитивной мудрости-праджни. Без одарённости такого рода, по моему глубокому убеждению, не мыслим успешный практический психолог. По большому счёту, практика медитации-самонаблюдения должна входить в подготовку профессионального психолога как обязательный и наиболее важный её раздел.

Сфера возможного приложения интуиции-праджни воистину безгранична, поскольку эта способность может быть направлена на решение самых разных проблем в самых разных сферах, даже весьма далёких от гуманитарной тематики.

Интуиция-праджня - главный и наиважнейший инструмент любого познания, в любых сферах: в науке, политике, экономике, военном деле, в житейских делах, в сфере личных взаимоотношений и т.д. Повсюду преуспевают мудрые и адекватные люди, а глупые и недалёкие терпят неудачу. И, конечно же, я далеко не исчерпал перечень частных сверхспособностей - сиддх, произрастающих из единого корня, базовой познавательной способности человека - интуитивной Мудрости-Праджни. Хотелось бы ещё раз обратить внимание читателя на то, что праджня - это сверхспособность понимания, способность проникновения в суть проблемы, способность обретения смысла. В этом её глубокое отличие от других информационных сиддх: от экстрасенсорики, ясновидения и тому подобных сиддх получения сведений. Получение сведений - это одно, а понимание - это уже совсем иное, об этом не следует забывать.

Итак, медитация-самонаблюдение приносит человеку огромную пользу: очищает и гармонизирует психику, развивает практикующего в информационном отношении, даёт великое спокойствие и великую мудрость. Но самое главное состоит в том, что она позволяет осуществить прорыв сознания в сферу тонкоматериального.

* * *

Процесс развития сознания через медитативную практику имеет три чётко различающихся этапа.

Первый - этап накопления количественных изменений. В индийской классической йоге он носит название рупа сампраджнята самадхи. Что означают эти санскритские термины? Пугаться их не надо, ибо под этим пугающим словосочетанием скрываются вполне постижимые вещи. Термин самадхи означает медитация. Сампраджнята самадхи переводится как медитация с знанием или медитация, имеющая содержание. Имеется в виду, что в поле сознания наличествует некое информационное содержание - объект или объекты медитации. Термин рупа означает, что этот объект или объекты имеют грубоматериальную природу. Таким образом, рупа сампраджнята самадхи – это отражение нашей психикой объекта (объектов) медитации в обычном грубоматериальном режиме восприятия. Например, практикующий лежит в шавасане - позе для расслабления при закрытых глазах и выполняет медитацию-самонаблюдение. На первом этапе имеет место рупа сампраджнята самадхи - медитация осознания неоднородности ощущений собственного физического тела. При этом содержимым сознания является совокупность ощущений и восприятий грубоматериального характера. В процессе медитации количество и яркость этого множества сигналов, идущих от психосоматического континуума, постепенно уменьшается. Мы «урабатываем» своим сознанием физическое тело и постепенно «растворяем» его. Терпеливая и упорная практика, в конце концов, приводит к качественному скачку. Внезапно тело и субъективно воспринимаемое «Я» исчезают. Что же здесь происходит? Объект медитации - физическое тело и «Я», составляющие на первой стадии основное содержимое нашего сознания, - исчезают, хотя процесс медитации не нарушен и осознанность сохраняется. Эта стадия в йогической традиции носит название асампраджнята самадхи, дословно - медитация «без знания», то есть медитация, в которой отсутствует содержание сознания (частица «а» на санскрите, как и в древнегреческом, означает «не»). Также её называют «вхождением в облако». На этой стадии «пустоты» сознание практикующего проходит «перегородку» между грубоматериальным (вещественным) и тонкоматериальным (энергетическим) планами существования.

Таким образом, на стадии асампраджнята самадхи в поле сознания отсутствует какое-либо информационное содержание, хотя сам процесс медитации-осознания продолжается. Ситуацию можно охарактеризовать так: субъект имеется, а объект отсутствует.

Если продолжать медитацию, не смущаясь отсутствием объекта - рано или поздно прохождение через «перегородку» между двумя планами бытия завершится, и наше сознание появится по другую сторону этой «перегородки». При этом, ранее утраченное содержание сознания появляется вновь, но это будет уже не восприятие своего грубоматериального, физического тела, а восприятие своего тонкого или энергетического тела. На этом, третьем этапе, практикующий вновь вернулся к сампраджнята самадхи, к медитации «с знанием». В сфере сознания вновь появилось информационное содержание (объект медитации), но это содержание имеет уже тонкоматериальный (сварупа) характер. Поэтому третья фаза получила название сварупа сампраджнята самадхи.

Таковы три фазы перехода сознания к тонкоматериальной сфере бытия.

* * *

Подлинная медитация всегда бескорыстна и самодостаточна. Это значит, что в ней нет желания достичь чего-либо, даже желания достичь просветления. В ней нет подсознательного ожидания результата в виде хранящегося в памяти образа благостного психосоматического состояния. В противном случае медитация будет корыстной и, по своей сути, не будет отличаться от мотивации алкоголика или наркомана. Просто способы достижения кайфа будут другими.

Итак, в настоящей медитации нет ни цели (внутренний образ желаемого результата), ни желания заполучить что-либо «приятненькое» или «полезненькое». В ней есть только постоянное пребывание в осознанности. Медитация - это наивысшая духовная практика и, как таковая, не нуждается ни в какой «внешней» мотивации. Даосская мудрость утверждает, что чем бы вы ни занимались, главное - это не цель вашей деятельности, а сохранение должного состояния сознания в процессе любой деятельности. Должное же состояние сознания - не что иное, как спокойная осознанность.

Что такое наше бытие? Что оно представляет собою в своей фундаментальной сути, в самом своём основании? Не есть ли это то, что у нас остаётся, когда уходит всё, чем обычно заполнена наша жизнь - все дела, все формы общения, все виды деятельности, все развлечения - телевизор, книги, зрелища, - и когда мы, наконец, оказываемся наедине с собою, лицом к лицу с ничем не заслоняемой, оголённой сутью своего бытия? Не является ли такой подлинной основой нашей жизни именно пребывание с самим собою, не отягощённое ничем иным? На мой взгляд, так оно и есть, и если в нашей жизни эта основа отсутствует, тогда никакие внешние достижения не имеют особого смысла, ибо они не способны дать нам подлинное удовлетворение. Об этом, со всей очевидностью говорит известный в психологии феномен «депрессии достижения». Вот почему самое главное – это то, что мы делаем, когда ничего не делаем.

Восприятие подлинной сути, самой сердцевины нашего бытия возможно только при «неделании жизни», только тогда, когда мы ничем не заняты, когда мы ничего не делаем и ни о чём не думаем. Когда человек просто пребывает с самим собой и с незримой фундаментальной основой своей жизни.

Такое состояние – чистое бытие, не затемнённое никакими делами и никакими размышлениями. Только тогда у нас создаются условия для осознания своего физического тела и содержимого собственной психики. Только тогда мы можем войти в контакт с психосоматическими проекциями блокировок нашего тонкого тела. Только тогда начинается подлинное духовное развитие, начинается настоящая и достойная жизнь. Если это понято и регулярная практика медитации-самонаблюдения вошла в вашу жизнь - тогда вы сможете вносить это главное в любое дело, которым вы занимаетесь и придать этому делу подлинный духовный смысл.

Таким образом, медитация, будучи недеянием, является тем могучим корнем, из которого растут все достойные, полноценные, жизнесообразные и высокопродуктивные деяния.

* * *

В наше время широко распространено мнение о том, что медитация и молитва по своей сути представляют собой одно и то же. Нет ничего более далёкого от истины. Особенно ярким и драматическим является отличие молитвы от медитации-осознания.

На самом деле, молитва - это не соединение с высшей духовной реальностью, а всего лишь с религиозной виртуальностью, с продукцией собственного воображения. Во время молитвы происходит уход в эту виртуальность с одновременным ослаблением связей с реальностью. При этом резко ослабляется осознанность по отношению к собственному физическому телу и психоэмоциональному состоянию. Ухудшается также осознание окружающей действительности и своей жизненной ситуации.

Между тем, именно полноценное осознание как самого себя, так и окружающего мира является главным условием духовного развития. В этом и заключается основное различие между молитвой и медитацией.

* * *

Медитация-самонаблюдение не только обеспечивает уникальное, не достижимое никаким иным способом, информационное развитие, но также оказывает исключительно благоприятное воздействие при всевозможных проблемах, связанных с верхним энергетическим перегрузом. Это такие проблемы, как повышенное давление, головные боли, шум в ушах и постоянное чувство тяжести в голове. Это постинсультное или же прединсультное состояние. Это повышенная эмоциональная возбудимость, «недержание эмоций», беспокойство («места себе не нахожу»), тревожность и постоянное внутренее мельтешение.

Очень часто всем этим проблемам сопутствует избыточный вес. Дело в том, что беспокойный человек постоянно переедает, чтобы снять верхний энергетический перегруз. На бессознательном уровне еда им используется как простое и всегда доступное успокоительное средство, как своего рода транквилизатор.

Во всех таких случаях наилучшим методом излечения является медитация-самонаблюдение.

В качестве примера приведу историю успешного излечение Татьяны Степановны К. (48 лет). На консультации она рассказала, что недавно перенесла инсульт с последующей госпитализацией. На приеме - очень беспокойна, находится в постоянном тревожном мельтешении. По малейшему поводу возникает слезливость. Осознанность полностью отсутствует. Повышенное давление, головные боли, избыточный вес.

В целом ситуация была очень опасная и чреватая повторным инсультом.

Я не стал давать Татьяне Степановне никаких гимнастических упражнений и никаких диетических ограничений. Программа занятий, которую я ей дал, включала только один метод – медитацию-самонаблюдение и ничего более (на обратном круге, дважды в день – утром и вечером, по 30 минут).

Должен сказать, что обучить мою пациентку правильной медитации было нелегко. Мне это удалось только с 3-й попытки, только на 3-й консультации. Ну, никак не мог человек поставить своё сознание в правильную позицию! Думаю, что без непосредственного общения с наставником, только по книге, ей бы это вообще не удалось.

В конце концов мы справились с этой проблемой и медитативная практика моей пациентки16 стала успешной. В течение последующих 3-х месяцев она каждый день практиковала медитацию-самонаблюдение, а затем снова пришла ко мне на консультацию. За это время с моей пациенткой произошли сильные изменения. Татьяна Степановна явно посвежела и помолодела. Давление нормализовалось, голова перестала болеть, хотя на перепады атмосферного давления и всевозможные погодные катаклизмы реакция ещё осталась, но не в пример слабее, чем прежде. Бросались в глаза большие изменения в психоэмоциональной сфере – вместо былого мельтешения – спокойная осознанность, никакой слезливости. Голова уже не беспокоит, а самое интересное и наглядное – моя пациентка только за счет практики самонаблюдения и без каких-либо диет, за эти 3 месяца потеряла в весе 15 кг (!). Объясняется это тем, что, благодаря мощному успокаивающему воздействию практики самонаблюдения у неё резко снизилась потребность в пище, и она самопроизвольно, не прилагая к тому никаких специальных усилий, стала намного меньше есть.

Это было в 2006 году. Сейчас, к сожалению, Татьяна Степановна прекратила заниматься. С пациентами такое происходит очень часто. Стоит человеку вылечиться, как он тут же прекращает заниматься энергомедитативной практикой. В этом и состоит глубокое отличие пациентов, настроенных на избавление от своей проблемы, от учеников, нацеленных на постоянную работу самосовершенствования.

* * *

Итак, медитация-самонаблюдение представляет собою непревзойдённый метод информационного развития и обретения интуитивной мудрости-праджни. Однако значит ли это, что метод самонаблюдения является самодостаточным, что он является своего рода духовной панацеей? Ни в коем случае. Практика самосозерцания, как изолированного и самодостаточного метода, будет несбалансированной, а следовательно, ущербной. Она приведёт к очень сильному информационному развитию (и это замечательно!), но, увы - за счёт энергетического. Практика самонаблюдения, давая человеку спокойствие и мудрость, снимая агрессивность и избыточную «воспаленнность», тем не менее, не способна решить такие проблемы как сниженная работоспособность, вялость, ленивость, общее снижение жизненного тонуса (астения); далее, такие эмоциональные проблемы, как тоска, печаль, уныние, слезливость, пессимистический настрой на жизнь (депрессия).

Более того, практика самонаблюдения, не уравновешенная дополнительными методами, может усугублять астению и депрессию, приводит к угнетению иммунной системы и общему снижению жизнеспособности. Информационные аспекты развиваются за счёт энергетических.

Медитация-самонаблюдение – замечательное средство для снятия верхнего энергетического перегруза, но, увы, она малопригодна для психосоматических ситуаций, связанных с нижним энергетическим перегрузом. Для этого уже потребуются совершенно другие методы.

Вот почему базовая практика Южного буддизма – Сатипаттхана очень редко приводит к подлинному духовному преображению, к тому, что буддисты называют «полным и окончательным просветлением». Изолированное, чисто информационное развитие, не подкреплённое энергетизирующими практиками - это методический тупик, как правило приводящий практикующего в непролазное болото астении и депрессии. Как сказано царём Соломоном, «В великой мудрости много печали».

Вот почему совершенно необходима дополнительная активизирующая практика, направленная на энергетическое развитие и уравновешивающая влияние медитации-самонаблюдения. В качестве такой практики могут быть использованы медитация пространственного осознания, пранаяма (дыхание), а также определённые формы медитации-сосредоточения, такие, например, как медитация на Дань-Тяне. Кроме того, грамотная методика занятий в обязательном порядке включает в себя как статические, так и динамические методы практики (гимнастические комплексы). Более подробно обо всём этом будет рассказано в последующих разделах данной книги.




[1] Слово «болезнь» в данном случае неуместно, поскольку освобождает человека от ответственности за своё поведение.

[2] Согьял Ринпоче «Тибетская книга жизни и смерти».

[3]Образ «незримого огня», сжигающего всё нечистое внутри нас – не более как метафора. Не следует к ней привязываться и использовать её в своей медитации. Это будет означать подмену истинной реалистической медитации – ложной фантазийной. В этом случае, как говорят китайцы, вы уподобитесь человеку, который в темноте (образ омраченности и неведения) ошибочно принял грабителя за сына.

[4]Не-деяние – это действие, порождаемое состоянием умственной тишины, в отличие от обычных человеческих действий, порождаемых различными самостными желаниями. Не-деяние всегда является в высшей степени адекватным (полностью соответствующим реальности)

[5] Линь-Цзи лу.

[6] Ньянапоника «Внимательность как средство духовного развития».

[7] Корнфилд Д. «Современные буддийские мастера».

[8] Корнфилд Д. «Современные буддийские мастера».

[9] Лакуна (лат., с ударение на 2-й слог):

а) впадина, полость, пустотность;

б) пробел, пропуск, недостающее место в тексте;

в) прерывание некоего процесса, временной пробел, временное прекращение функционирования.

[10] Конечно же, отвлекаемость внимания объясняется не только необходимостью информационной перезагрузки, но и начальной слабостью и неразвитостью нашего внимания. Наша способность сохранять осознанность (либо сосредоточенность), на первых порах является весьма несовершенной и требует определенного времени для своего развития.

[11] Эта метафора хорошо проясняет, почему столь «простой» метод, как медитация-самонаблюдение, на самом деле намного сильнее, мощнее и эффективнее, чем знаменитый кастанедовский «перепросмотр».

[12] Кстати, именно поэтому выделение Дхараны, Дхианы и Самадхи в качестве отдельных составных частей (angani, санскр.), как это сделано в Йога-Сутре Патанджали, не является оправданным.

[13] Здесь приходит на ум древнегреческий миф об Антее, богатыре, который всякий раз, припадая к своей матери Земле, возобновлял растраченные силы.

[14] Слово «помню» здесь используется не для того, чтобы актуализировать какие-либо воспоминания, а просто для сохранения состояния осознанности, как своеобразная «напоминалочка» для возвращения к должной бдительности при временной её утрате. Таким образом, «помню», в данном случае, означает следующее: «Помню, что я должен быть в позиции наблюдателя и не отвлекаться на посторонние мысли, помню, что я должен сохранять осознанность».

[15]Кстати, восприятие проблемных, патологических зон в теле сидящего перед вами человека происходит зеркальным образом. Другими словами, состояние левой стороны его тела отражается на правой стороне вашего тела и наоборот.

[16] В своей работе с людьми я различаю учеников и пациентов. Они сильно отличаются своими целевыми установками. Для ученика главное – это Путь, а для пациента – избавление от своих проблем (соматических или психоэмоциональных). После успешного лечения пациенты уходят, а ученики остаются.